Учебное пособие, написанное академиком Я. К. Гротом, «Русское правописание», изданное в 1894 г.


Книга Г. Роледера «Онанизм», вышедшая из печати в 1927 г. и рассказывающая о лечении пагубной привычки.


Развлекательная и познавательная книга Г. Вагнера и К. Фрейера «Детские игры и развлечения», изданная в 1902 г.


Книга Н. Тяпугина «Народные заблуждения и научная правда об алкоголе», вышедшая из печати в 1926 г.

Читайте по этой ссылке про МЛМ бизнес в России

Заместитель наркома


Н. И. Салехов, «Ян Борисович Гамарник»
Изд-во политической литературы, М., 1964 г.
OCR Biografia.Ru


Шел 1929 год. Советская страна, одержавшая серьезные успехи в индустриализации, успешно претворяла в жизнь ленинский курс партии на социалистическое переустройство сельского хозяйства.
Весь мир увидел, что большевики были способны не только повести народ на штурм старого строя, в неравной борьбе отстоять завоевания Октября и, преодолевая огромные трудности, восстановить разрушенное хозяйство, но и направить невиданный по своему размаху трудовой героизм советского народа на создание могучего индустриально-колхозного государства.
Это радовало наших друзей за рубежом, но приводило в полное смятение врагов Страны Советов.
Империалисты окончательно потеряли надежду уничтожить единственное тогда в мире социалистическое государство. Не помогла им опора на внутреннюю контрреволюцию. Ни к чему не привела прямая интервенция.
Безрезультатными оказались экономическая блокада, акты вредительства, диверсий, саботажа. Рушилась также и их надежда на кулачество. Но враги не унимались. Они теперь делали ставку на наиболее реакционные антисоветские режимы других государств. И прежде всего на фашистские шайки Гитлера и Муссолини в Европе и на японских милитаристов, открыто бряцавших оружием на дальневосточных границах нашей Родины.
Все эти черные силы всячески поддерживались, вскармливались империализмом, готовились для нападения на СССР, для уничтожения Советской страны.
Такая обстановка вызывала необходимость усилить боеспособность Красной Армии, оснастить ее новейшей военной техникой, укрепить ее ряды.
Именно в это время партия направила Я. Б. Гамарника на армейскую работу. Годы большевистского подполья, активного участия в гражданской войне, профессиональной партийной работы сформировали Яна Борисовича в крупного государственного, военного и партийного деятеля, который верой и правдой служил народу, большевистской партии.
В начале октября 1929 года после больших всеармейских маневров, проходивших на полях Белоруссии, Ян Борисович Гамарник был назначен начальником Политического управления Рабоче-Крестьянской Красной Армии и членом Реввоенсовета Советского Союза. Несколько позднее — в июне 1930 года — он стал заместителем народного комиссара обороны СССР.
Возглавляя Политическое управление, Гамарник вникал во все детали боевой и политической подготовки, жизни Советских Вооруженных Сил.
Основное содержание партийно-политической работы в армии заключалось в том, чтобы воспитывать весь личный состав в духе беззаветной преданности делу партии, любви к своей Советской Родине, готовности в любое время выполнить свой воинский долг. Гамарник неустанно подчеркивал, что воспитание у наших воинов высоких морально-боевых качеств, необходимых для победы в вооруженной борьбе с врагами социалистического Отечества, должно быть постоянной заботой всех политорганов.
Эти его требования исходили из указания великого Ленина о том, что война «требует высококачественного человеческого материала, как и современная техника. Без инициативного, сознательного солдата и матроса невозможен успех в современной войне».
Создавая армию нового типа, наша партия и исходила из того, что ее боеспособность зависит прежде всего от уровня политического сознания и моральной устойчивости рядового и командного состава.
Руководствуясь указаниями ЦК ВКП(б) о всемерном повышении боеспособности и боеготовности Советских Вооруженных Сил, Ян Борисович учил партийно-политических работников Красной Армии умело разнообразить формы и методы политико-массовой работы в частях и подразделениях с учетом конкретных, местных условий. Важно лишь одно, указывал он, чтобы она, эта работа, велась на высоком идейном уровне вокруг вопросов, имеющих актуальное значение для всех воинов, для всего народа.
Деятельность Гамарника на посту начальника Политического управления проходила в те годы, когда на базе социалистической индустриализации происходило техническое перевооружение Красной Армии. Если в 1929 году на одного бойца приходилось 2,6 механической лошадиной силы, то уже в 1934 году их было — 7,74. Бурно развивались авиация и танковые войска, новой материальной частью оснащались артиллерия и пехота.
«Сегодня,— говорил Гамарник,— нужно ухватиться за важнейшее звено — за технику. Сегодня сильнее, чем когда бы то ни было, должен звучать лозунг — даешь армии мотор, даешь автомобиль, танк, самолет, даешь технику, даешь лучшее, наиболее совершенное оружие. А от армии, больше, чем когда бы то ни было, надо требовать овладеть техникой, научиться управлять ею, все выше поднимать техническую культуру бойца, командира, политработника. У нас в армии прекрасный человеческий материал, преданный до конца пролетарской революции, и ему в руки надо дать побольше техники, технических средств борьбы, посадить его на автомобиль и самолет, учить и учить хорошо в совершенстве овладеть техникой».
Активно участвуя в разработке планов технической реконструкции Красной Армии, Ян Борисович строго следил за тем, чтобы точно выполнялись решения ЦК ВКП(б), предусматривавшие проводимую в те годы широкую модернизацию различных образцов оружия и создание новых видов вооружения. Он ревностно поддерживал все новое, передовое в этой области.
Важнейшим этапом в создании и развитии воздушно-десантных войск, например, Гамарник считал необходимость серийного производства транспортных самолетов и планеров, развитие парашютного и планерного спорта.
При его активной помощи в нашей армии были впервые сформированы воздушно-десантные части, которые стали участвовать в тактических учениях и маневрах. На основе изучения и обобщения опыта партийно-политической работы в войсках Ян Борисович стремился неуклонно повышать уровень политического воспитания воинов, чтобы наилучшим образом выполнить поставленные перед армией задачи по повышению качества боевой подготовки и освоению новой техники.
Он призывал политорганы, партийные и комсомольские организации к тому, чтобы политическим воспитанием были охвачены все категории военнослужащих с учетом их национального состава и уровня подготовки, чтобы эта работа велась целеустремленно и систематически.
При этом он подчеркивал необходимость воспитания всего личного состава Вооруженных Сил в духе пролетарского интернационализма, братства народов, высокого советского патриотизма.
Политическое управление РККА нацеливало работу политорганов, партийных и комсомольских организаций на широкое развертывание целеустремленной технической пропаганды в войсках; эффективно содействующей овладению новой боевой техникой, которая непрерывно поступала на вооружение.
Политуправление приняло активное участие в разработке технического минимума для командного и политического состава — перечня обязательных технических знаний, которыми надо было овладеть в течение двух лет, в пропаганде и практическом претворении его в жизнь.
Техминимум, развертывание учебы и сдача экзаменов по нему в частях и соединениях различных родов войск сыграли огромную роль. Политорганы, армейская печать создали необходимое общественное мнение, в работу включились Дома Красной Армии, клубы и библиотеки частей, командному и политическому составу оказывалась необходимая помощь в освоении техминимума.
Все это позволило успешно провести большую и очень важную работу, значительно повысить уровень технических знаний командно-политического состава Вооруженных Сил.
Многолетний опыт командиров, установившаяся система подготовки новых командных кадров, их высокая общевойсковая и техническая выучка, политическая зрелость создали возможность ввести единоначалие в Вооруженных Силах Советского Союза. Это еще больше укрепляло дисциплину в армии, делало ее более мобильной, повышало ее боеспособность.
Гамарник настойчиво проводил в жизнь линию партии о единоначалии в Красной Армии. Он подчеркивал, что «рост, укрепление единоначалия и укрепление, улучшение всей политработы, повышение роли политаппарата должно быть тесно между собой связано и должно все больше крепить нашу Красную Армию».
Политуправление провело специальное совещание по этому вопросу. На нем Ян Борисович с присущей ему большевистской страстностью и прямотой заявил, что надо не философствовать вокруг да около, не мудрить, а честно и решительно проводить линию партии. Он сурово осудил носителей так называемых белорусско-толмачевских настроений, направленных на дискредитацию идеи единоначалия.
Носителем этих настроений была небольшая группа политработников Белорусского военного округа и Военно-политической Академии имени Толмачева, которая считала, что командный состав еще не подготовлен к руководству политической работой в армии, пыталась противопоставить командный состав политическим работникам и командиров — членов партии — беспартийным командирам.
Исходя из неправильной оценки роли политаппаратав армии, а также ошибочного истолковывания внутриар-мейских задач в области укрепления воинской дисциплины, эта группа приняла вредную резолюцию, отрицая в ней необходимость введения системы единоначалия в армии.
Эта резолюция, противоречившая курсу партии в вопросах военного строительства, не только не получила поддержки командно-политического состава других военных округов, но и была осуждена им, как ошибочная и вредная. Курс партии на единоначалие твердо и последовательно был проведен в жизнь. Гамарник сыграл в этом большую роль, проявив большевистскую непримиримость ко всем и всяким колебаниям и отступлениям от генеральной линии партии.
Введение и укрепление единоначалия в Советской Армии не только сыграло свою роль в годы Великой Отечественной войны против фашистской Германии и ее сообщников, но и поныне не. потеряло своего значения.
В Программе КПСС подчеркивается, что единоначалие, является важнейшим принципом строительства Вооруженных Сил нашей страны. В этом, говорил Н. С. Хрущев, — выражение огромного доверия нашей партии и народа командным кадрам Советских Вооруженных Сил. «Вместе с тем,— указывал он,— мы всегда должны помнить, что руководство Коммунистической партии Советского Союза, повышение роли и влияния партийных организаций в частях и подразделениях является основой основ нашего военного строительства».
Именно так понимая руководящую роль партии, Я. Б. Гамарник всегда решительно боролся с ее недооценкой со стороны некоторых командиров.
Широк был круг обязанностей Я. Б. Гамарника. Будучи членом Реввоенсовета СССР, он активно участвовал в его работе. Гамарник часто выступал на заседаниях Реввоенсовета СССР по важнейшим вопросам основным докладчиком. Так, например, только во второй половине 1930 года им были подготовлены к заседаниям Реввоенсовета доклады и сообщения по таким вопросам, как о военно-научной работе, о единоначалии, о работе ЦДКА, о подготовке младшего командного состава, о политико-моральном состоянии РККА, о проекте нового Дисциплинарного устава.
13 ноября 1930 года на заседании Реввоенсовета СССР Ян Борисович сделал доклад о развертывании военно-научной работы в армии.
Для улучшения руководства делом изучения социально-экономических дисциплин в военно-учебных заведениях, партпросвещением и политической подготовкой в частях по инициативе Гамарника при агитпропотделе ПУРа было создано постоянное программно-методическое бюро и при нем программно-методическая комиссия, в состав которых вошли лучшие преподаватели-методисты военно-учебных заведений.
С их помощью были квалифицированно разработаны программы по каждой социально-экономической дисциплине академического курса и курсов военных училищ. Эти программы и методические указания к ним позволили более целеустремленно построить учебный процесс в военных академиях, военных училищах и в войсковых частях.
За время работы программно-методической комиссии ПУРа были детально разработаны основные, стержневые темы по социально-экономическим дисциплинам и необходимые наглядные пособия к ним (с учетом армейских условий). Все это положительно сказалось на повышении качества политической учебы в армии и изучении социально-экономических дисциплин в военно-учебных заведениях.
На новом поприще Я. Б. Гамарник, как и всюду, работал, как говорят, от зари до зари. Его рабочий день нередко длился до 15—16 часов в сутки. Он выполнял множество самых ответственных поручений народного комиссара обороны и Реввоенсовета СССР, участвовал в работе самых различных комиссий, созданных на заседаниях Реввоенсовета.
Он был, в частности, членом комиссий по подготовке кадров командного состава, по разработке проекта нового закона об обязательной военной службе, нового положения о содержании и хранении вооружения и т. д.
Но как бы ни велика была загрузка текущей работой, Ян Борисович всегда находил время для решения мобилизационных вопросов, которые считал весьма важными, особенно в условиях возрастания опасности агрессии против СССР. По его инициативе были детально разработаны специальные положения о политработе в военное время, о политическом управлении фронта и политотделах армии, корпуса и дивизии во время войны. Эти положения были всесторонне обсуждены с руководящим составом ПУРа и представлены в ЦК ВКП(б). Документы эти, как известно, сыграли свою роль в годы Великой Отечественной войны 1941—1945 годов.
Гамарник всегда и во всем был принципиальным большевиком-ленинцем. Он решительно выступал в защиту генеральной линии партии, четко и последовательно проводил ее на практике.
Когда выяснилось, например, что некоторая часть командиров и политработников неправильно понимает лозунг партии о ликвидации кулачества как класса на основе сплошной коллективизации, Ян Бо« рисович выступил на страницах газеты «Красная звезда» с большой статьей: «Новая обстановка — новая политика, новые лозунги».
В этой статье, опубликованной 25 января 1930 года, он со всей большевистской страстностью писал, что каждый большевик обязан понять, что речь идет о новой политике партии, обязан глубоко осознать эту политику для того, чтобы смело, решительно и умело проводить ее на практике.
Большую роль Гамарник сыграл и в разгроме правых оппортунистов, что способствовало сплочению рядов партии и укреплению ее авторитета. Выступая на ноябрьском (1929 г.) Пленуме ЦК ВК.П (б), Ян Борисович решительно поддержал предложение сибирской краевой организации о выводе из состава Политбюро ЦК лидеров правой оппозиции. «...Мы не можем терпеть,— заявил он,— чтобы в рядах нашего Политбюро находились люди, которые мешают нашей борьбе, которые путаются между ног, которые объективно защищают классового врага».
С самого начала своей деятельности на посту начальника ПУРа Ян Борисович уделял большое внимание укреплению Особой Дальневосточной армии. Как известно, в начале второй половины 1929 года отряды маньчжурских войск и белогвардейцев захватили Китайско-Восточную железную дорогу, разгромили профсоюзные организации, стали производить аресты советских граждан, находившихся в Маньчжурии, сместили советских ответственных служащих, работавших на КВЖД.
Вскоре артиллерия маньчжурских войск начала обстрел войск и гражданского населения советской пограничной полосы. Протесты Советского правительства не остановили провокационных действий маньчжурской военщины, и Советское правительство решило проучить маньчжурских милитаристов.
По решению правительства была образована Особая Дальневосточная армия во главе с героем гражданской войны, кавалером четырех орденов Красного Знамени В. К. Блюхером.
Войска Особой Дальневосточной армии при поддержке моряков Амурской военной флотилии в короткий срок разгромили маньчжурских милитаристов. 22 декабря 1929 года в Хабаровске между представителями СССР и Китая был подписан протокол, согласно которому на Китайско-Восточной железной дороге устанавливался прежний порядок.
Опыт боевых действий Особой Краснознаменной Дальневосточной армии и партийно-политическая работа в боевых условиях по предложению Гамарника широко изучались во всех Вооруженных Силах.
Политуправление РККА провело несколько специальных совещаний с политсоставом по этому вопросу, на которых Ян Борисович с особой силой указывал на необходимость всестороннего обобщения опыта партийно-политической работы в боевых условиях и его изучения.
В эти годы, как известно, значительно усилилась угроза войны на Дальнем Востоке. Японские милитаристы, захватив вооруженным путем Маньчжурию и северо-восточные провинции Китая, стали готовиться к захвату Северного Китая и к нападению на СССР. При поддержке империалистов США, Англии и Франции, Маньчжурия была превращена в плацдарм для нападения на СССР.
На ее территории стали строиться военные заводы, стратегические дороги и военные аэродромы. На нашей дальневосточной границе участились случаи провокаций японских милитаристов.
Последовательно проводя твердую политику мира, Коммунистическая партия и Советское правительство вынуждены были в то же время принимать энергичные меры к всемерному укреплению обороноспособности страны, повышению боеспособности и боеготовности Вооруженных Сил.
Для разработки мероприятий по усилению обороноспособности советского Дальнего Востока и руководству по их осуществлению ЦК ВКП(б) создал специальную комиссию во главе с Гамарником.
В комиссию входили начальник штаба РККА А. И. Егоров, командующий военно-морскими силами Р. А. Муклевич, командующий Дальневосточным военным округом В. К. Блюхер и другие. Перед комиссией стояли большие и сложные задачи, которые нужно было глубоко продумать и быстро, оперативно решить.
Комиссии предстояло определить дислокацию войск на Дальнем Востоке, подготовить обоснованные предложения для создания нового Тихоокеанского флота, развернуть строительство казарм в основных гарнизонах будущей дислокации войск и оборонительное строительство по линии государственной границы, определить места базирования кораблей флота и разрешить ряд других вопросов, связанных с укреплением обороноспособности советского Дальнего Востока.
За полгода своей деятельности эта комиссия провела огромную работу. В результате наши дальневосточные границы как на суше, так и на море были значительно укреплены и закрыты для врага на крепкий замок.
Находясь на Дальнем Востоке, Ян Борисович глубоко вникал в хозяйственно-политическую жизнь края.
По поручению ЦК ВКП(б) он лично производил рекогносцировку многих районов нового строительства. Ему было поручено, в частности, выбрать и обследовать место, где возник впоследствии большой промышленный и культурный центр Дальнего Востока — город юности Комсомольск-на-Амуре.
Чтобы выполнить это задание партии и правительства, нужно было многие километры пройти по льду замерзшего Амура — где пешком, где на тракторах-вездеходах, а где и звериными тропами по бездорожной тайге. Строительство города юности началось в 1932 году силами добровольно прибывших сюда комсомольцев. В короткий срок на месте тайги и болот был создан замечательный город.
И теперь, спустя три десятилетия, отделяющие нас от героических трудовых будней тех лет, нельзя не вспомнить, не отдать должное тем, кто шел тогда в передовых шеренгах и своим самоотверженным трудом множил богатства нашей Родины.
Центральный Комитет партии возложил на Гамарника непосредственное наблюдение за развертыванием строительства Комсомольска-на-Амуре и обеспечение стройки всем необходимым, Ян Борисович рассматривал и утверждал планы строительства всех основных объектов города, принимал меры к тому, чтобы строительство имело необходимые кадры специалистов, чтобы в отведенные сроки были закончены строительные работы и т. д.
Гамарник много раз лично посещал стройку и в беседах со строителями города учил их настойчивости, умению преодолевать трудности, добиваться поставленной цели. Особое внимание он уделял вопросам бытового устройства строителей, обеспечению их всем необходимым, а также их культурному обслуживанию.
Работавший в тот период начальником строительства города Комсомольска-на-Амуре инженер И. В. Каттель вспоминает: «Как-то я зашел в служебный вагон Яна Борисовича. Мне сообщили, что он заболел и находится в госпитале. Я поехал его проведать, заранее решив, что ни одного вопроса, касающегося строительства, перед ним не поставлю, ограничусь посещением. Но мне это не удалось. Будучи больным, лежа в постели, Ян Борисович более часа буквально допрашивал меня о ходе строительства и о тех трудностях, которые оно переживает, желая максимально помочь стройке».
Несмотря на слабое здоровье, Ян Борисович стойко переносил все трудности и неудобства своей «кочевой» жизни. Его командировки на Дальний Восток, жизнь на колесах, в железнодорожном вагоне, который сегодня здесь, а завтра там, длилась иногда по четыре-пять и более месяцев подряд.
Облеченный большим доверием Центрального Комитета партии и Советского правительства, наделенный огромными правами, он никогда не позволял себе и никому из своих подчиненных, даже в мелочах, пользоваться своим высоким положением в личных, корыстных целях. Он не требовал сам и строго запрещал всем другим работникам требовать или самовольно устанавливать себе какие бы то ни было привилегии в пище, одежде, жилище и т. д.
Весьма интересный в этом отношении факт приводит в своих воспоминаниях И. М. Рачков. Однажды он и другой секретарь Яна Борисовича — А. И. Минчук за оказанные им личные услуги отдали работникам Далькрайкома два отреза драпа на шинели. А секретарь крайкома при очередной встрече с Гамарником взял да и сказал ему об этом. К тому же он еще как бы с обидой добавил:
— Я вот два года прошу у тов. Блюхера разрешения пошить мне шинель — отказывает; хотя, говорит, ты и член Реввоенсовета ОКДВА, а по табелю тебе шинель не положена. А тут смотрю мои работники в новых шинелях щеголяют. Спрашиваю: где взяли? Отвечают: дали секретари Гамарника.
«Здорово нам с Минчуком досталось тогда от Яна Борисовича,— рассказывает И. М. Рачков.— Целый час он отчитывал нас. И даже когда мы заявили, что отрезы на шинели отдали свои, которые положены нам по табелю, он все равно сурово осудил нас.
— Ко мне из Киева в Москву каждый год приезжает отец,— сказал Ян Борисович,— и просит у меня мои старые кожаные сапоги, а я не даю. Увидят его знакомые рабочие в этих военных сапогах и скажут: «Сын служит в армии и ворует, где же старику больше взять такие сапоги»».
Ян Борисович часто бывал в частях и соединениях, несущих службу на дальневосточных границах. От его внимания не ускользало ничего, что могло нанести ущерб боевой и политической подготовке войск, отразиться на их организованности и дисциплине.
При посещении одной из строительных воинских частей в Приморском крае, вспоминает полковник запаса Якушев, Ян Борисович обратил внимание на недостаточную слаженность и спаянность между бойцами-строителями, на отсутствие должной организации труда и товарищеской взаимопомощи при выполнении сложных строительных работ.
В тот же день Гамарник собрал командиров подразделений этой части и долго беседовал с ними. Он рассказал им о том, какое большое значение для воинской части имеет воспитание воинов в духе войскового товарищества и взаимной выручки.
Борясь за высокие показатели в выполнении плана строительства, говорил он, за успехи в боевой и политической подготовке, которая не должна у вас отставать от других частей, вы должны воспитывать своих воинов на славных боевых традициях нашей армии, прививать им чувства товарищества, боевой дружбы и взаимной выручки.
Боевая дружба, товарищеская взаимопомощь воинов всех национальностей были одним из главных условий нашей победы в гражданской войне. Об этом никогда нельзя забывать. Яркие, убедительные примеры, которые приводил Ян Борисович, задушевная беседа строгого, требовательного, но чуткого и заботливого начальника возымели свое действие.
При решении многих вопросов организационно-партийной и воспитательной работы в армии Ян Борисович постоянно советовался со-своими ближайшими помощниками — А. С. Булиным, Т. А. Осепяном, Г. И. Векличевым, М. П. Амелиным и многими другими политработниками.
Хорошо понимая особую важность партийно-политической работы на тактических учениях войск и опираясь на свой личный опыт комиссарской деятельности в годы гражданской войны, Ян Борисович постоянно нацеливал политорганы армии на решение сложных задач, возникавших перед ними в процессе тактических полевых учений и войсковых маневров.
Большое внимание он уделял правильному планированию партийно-политических мероприятий политотделами соединений, участвующих в учениях. Основными задачами политорганов на учениях он считал организаторскую и агитационно-пропагандистскую работу в подразделениях и частях. С этой целью он добивался своевременного инструктирования политработников, доведения до них задач учения, сбора информации о ходе учения, своевременного подведения итогов и обобщения опыта работы.
От всех старших политработников Ян Борисович постоянно требовал, чтобы подчиненные им политорганы и партийные организации частей в своей практической работе были непримиримы к упрощенчеству, к разного рода послаблениям и условностям при проведении тактической подготовки войск. Он требовал от них должного внимания к вопросам военно-хозяйственного обеспечения, чтобы в походно-боевой жизни войск не допускались срывы в питании личного состава, в организации отдыха и культурного досуга.
В те годы в войсках развертывалось социалистическое соревнование за высокие показатели в боевой и политической учебе. 16 января 1930 года Гамарник обратился ко всем политорганам, комиссарам частей и партийным организациям с письмом о развитии массового движения — соревнования и ударничества в Красной Армии. Он требовал, чтобы руководство соревнованием и ударничеством осуществлялось повседневно и конкретно, чтобы в авангарде движения шли коммунисты и комсомольцы.
«Коренным вопросом дальнейшего развития социалистического соревнования и ударничества,— писал он,— является повседневное, самое внимательное партийное руководство всем ходом соревнования. Партийные организации должны стать во главе новых темпов и форм социалистического соревнования и требовать, чтобы каждый партиец и комсомолец стал ударником, своим личным примером показывал образцы работы и втягивал в ударническое движение свое отделение, взвод, роту».
Большую заботу Гамарник проявлял об армейской печати. Он добивался повышения роли военных газет и журналов в деле укрепления дисциплины и боеготовности войск, в распространении положительного опыта социалистического соревнования, в мобилизации личного состава на успешное выполнение задач, поставленных партией и правительством перед Вооруженными Силами.
В одном из своих выступлений он с большой гордостью отмечал успехи, достигнутые армейской печатью: «Мы имеем,— говорил он,— большие количественные и качественные успехи в области печати.
Тираж газеты «Красная звезда» перевалил за 100 тысяч, новой газеты «Боевая подготовка» — 75 тысяч, тиражи окружных газет достигли 200 тысяч. У нас 84-тысячная армия военкоров, но нам надо усилить руководство печатью со стороны политорганов и укрепить кадры газетных работников».
Он никогда не упускал из поля своего зрения работу с кадрами партполитработников всех степеней. Полковник М. Е. Пивоваров, работавший в те годы начальником отдела кадров ПУРа, вспоминает, с каким большим уважением относился Ян Борисович к людям.
«При назначении того или иного командира или политработника на какой-то новый пост,— говорит он,— Гамарник интересовался всеми подробностями его служебной деятельности и личной жизни. Он всегда спрашивал собеседника: какова семья и состояние здоровья всех ее членов, подходят ли по состоянию их здоровья климатические условия в новом месте назначения. Как товарищ сам относится к новому назначению. Нет ли у него опасений, что новая работа окажется ему не по силам? Он внимательно выслушивал соображения и просьбы собеседника и затем уже принимал решение».
Гамарник был членом Оргбюро ЦК ВКП(б).Оночень любил и хорошо знал партийную работу, понимал ее особенности и трудности. «Инструктируя нас, работников аппарата ПУРа, выезжавших в войска,— вспоминает М. Е. Пивоваров,— он давал нам ясные и четкие практические указания и советы по вопросам проверки и усиления партийной работы в частях и соединениях. Партийная работа в армии,— говорил он,— должна всегда бить ключом, тогда успехи в боевой и политической подготовке будут обеспечены».
С большой осторожностью подходил Ян Борисович к назначению комиссаров в центральные управления Наркомата обороны. Он требовал от «кадровиков» вдумчивого подхода к выдвижению кандидатов на эти должности, всестороннего изучения людей, с тем чтобы исключить всякую возможность назначения на ответственные посты таких товарищей, которые не могут служить примером, допускали когда-нибудь отклонения от генеральной линии партии или запятнали себя проступками.
Ян Борисович лично знал многих комиссаров частей и соединений. В 1936 году, когда в крупных военных базах вводилась должность военного комиссара, он сам предложил на эти посты много кандидатур из числа опытных политработников, хорошо знавших партийную работу.
При решении вопросов о назначениях и перемещениях Ян Борисович требовал от начальников всех степеней внимательного и чуткого отношения к судьбе каждого человека. Главным критерием при подборе кадров политработников, говорил он, должна быть их беспредельная преданность нашей партии, тесная и неразрывная связь с красноармейскими массами и командным составом, высокие деловые качества, высокий уровень их политической подготовки и знание техники своего рода войск.
Ян Борисович был беспощаден к тем политработникам, которые отрывались от красноармейской массы, плохо заботились о бойцах, не оказывали действенной помощи командирам в их сложной и ответственной работе по повышению боеготовности частей и соединений.
«Новый красноармеец,— говорил Я. Б. Гамарник,— пришедший из оборудованного по последнему слову техники завода, из оснащенных тракторами и комбайнами совхозов и колхозов, культурно выросший и растущий, предъявляет уже и будет предъявлять все более повышенные требования и к нашей политработе, и в частности к агитпропработе... Наша задача состоит в том, чтобы ни в какой мере не отставать от политического и культурного роста красноармейских масс».
Политическое воспитание воинов на великих идеях марксизма-ленинизма в духе преданности нашей партии и правительству, животворного советского патриотизма, дружбы народов СССР и пролетарского интернационализма должно содействовать безукоризненному выполнению всем личным составом служебных обязанностей, повышению его готовности к выполнению воинского долга по защите нашей Родины.
Большое внимание Гамарник уделял дисциплинарной практике воинских частей, стремился внедрить в сознание командиров и политработников, что меры взыскания и поощрения, предусмотренные Дисциплинарным уставом, являются действенным средством воинского воспитания подчиненных, повышения их морально-боевых качеств и всемерного укрепления воинской дисциплины.
Он требовал от командиров и политработников чуткого и внимательного отношения к подчиненным. «Нет и не было в мире другой армии, в которой бы тесно, по-братски связаны были между собой солдат и командир, как в нашей армии. Наша армия рабоче-крестьянская, в ней красноармеец, командир и политработник служат делу пролетарской революции... поэтому внимательное, чуткое отношение к быту, к нуждам красноармейцев определяется всем характером, существом нашей Красной Армии»,— говорил Ян Борисович в своей речи на одной из окружных партийных конференций.
Широкое обобщение опыта партполитработы в войсках позволило накопить огромный материал для создания «Инструкции партийным организациям РККА», которую аппарат ПУРа должен был подготовить по указанию ЦК ВКП(б). Ян Борисович держал это большое и ответственное поручение под своим неослабным контролем.
Главное состоит в том, чтобы «Инструкция» обеспечивала высокую активность партийных организаций, обеспечивала повседневное повышение авторитета начальствующего состава, укрепление дисциплины, овладение всем личным составом армии военным мастерством, то есть обеспечивала высокую боевую готовность войск.
«Инструкция партийным организациям РККА», утвержденная ЦК партии, явилась документом, который способствовал улучшению всей партийной работы в войсках, укреплению политико-морального состояния личного состава и повышению боеспособности частей и соединений.
От политработников Ян Борисович требовал повышения военной подготовки, военного мастерства, подчеркивая, что политработники, не овладевшие военными знаниями, не освоившие технику своего рода войск, являются просто бесполезными. И не случайно он очень высоко ценил тех политработников, особенно авиации и мотомеханизированных войск, которые научились водить самолеты и машины.
Добиваясь улучшения работы парторганизаций РККА, он считал необходимым, чтобы руководящие политработники чаще бывали в частях, держали тесную повседневную связь с личным составом, знали его думы, нужды и запросы. Надо изгнать из практики работы политорганов и парторганизаций, писал Ян Борисович, неконкретное, отвлеченное руководство низовыми звеньями.
Постоянно заботился он и о создании учебных пособий для молодых, еще недостаточно опытных политработников. По его прямому указанию были написаны работниками ПУРа и частей ряд брошюр по организационно-партийной и массово-политической работе в армейских условиях, был разработан и несколько раз переиздавался красноармейский политучебник.
Большой вклад внес Ян Борисович Гамарник в теоретическую разработку проблем будущей войны на новой материально-технической основе. Возглавляя секцию по изучению проблем войны при Комакадемии, Ян Борисович в своих беседах с работниками военно-теоретического фронта указывал на громадное значение морального фактора в войне, на то, что моторизацию и механизацию следует рассматривать как средство увеличения маневренных способностей и ударной силы Советской Армии.
Гамарник внимательно следил за творческой деятельностью кафедр военных академий в военно-теоретических и исторических вопросах, за их печатными теоретическими работами. По предложению Гамарника в 1931 году в Военной академии РККА имени М. В. Фрунзе была проведена научно-теоретическая конференция, на которой была вскрыта политическая несостоятельность работ преподавателя академии В. Горева, который пытался подвергнуть ревизии марксистско-ленинское учение о войне и армии, что особенно ярко выявилось в таких его работах, как «Война в истории и марксизм» и «Военно-историческая мысль в СССР и марксизм».
Несколько раньше, на заседании секции проблем войны при Комакадемии, в докладе М. Н. Тухачевского были подвергнуты обстоятельной критике ошибочные положения, содержащиеся в военно-исторических трудах. Тем самым был дан решительный отпор попыткам некоторых работников военно-теоретического фронта тех лет подвергнуть ревизии марксистско-ленинское учение о войне и армии.
В июне 1931 года ЦК ВКП(б) принял решение «О командном и политическом составе РККА». В целях выполнения этого решения Политическое управление РККА под руководством Гамарника совместно с Реввоенсоветом наметило практические мероприятия, направленные на максимальное укрепление спайки и повышение авторитета командного и политического состава, а также на усиление роли командира в воспитании и обучении советских воинов. Настойчивым проведением их в жизнь удалось в короткий срок обеспечить более высокий уровень идейного воспитания красноармейцев, готовя из них сознательных защитников нашей Родины.
Ян Борисович учил партийно-политических работников в своей организаторской и воспитательной работе опираться на командиров-коммунистов, на партийные и комсомольские организации, на наиболее передовую и активную часть личного состава армии, заботился о том, чтобы, осуществляя свои функции политического контроля, они вместе с тем обеспечивали авторитет командиров, поднимали доверие армейских масс к ним.
В мае 1931 года Политическое управление РККА провело третье Всеармейское совещание секретарей партийных ячеек. На этом совещании со всей силой было подчеркнуто, что партийные организации подразделений и частей должны глубоко вникать в вопросы боевой подготовки, с тем чтобы примерностью коммунистов и активной помощью командиру добиваться повышения боеспособности своих частей и подразделений.
«Вся наша работа в армии,— говорил Гамарник,— должна быть сконцентрирована на вопросах боевой подготовки, все должно подчиняться делу укрепления боевой мощи наших частей».
Большое внимание Ян Борисович уделял развертыванию комсомольской работы в армии. Он хорошо понимал, что при правильной организации комсомольской работы можно успешно решить многие вопросы повышения воинской дисциплины, улучшения качества политподготовки, укрепления авторитета командира и т. д.
Не случайно поэтому на периодически проводимых им совещаниях с начальниками отделов Политического управления и начальниками ПУокров часто затрагивались вопросы комсомольской работы. В своей директиве об улучшении комсомольской работы Гамарник писал: «Главной причиной всех недочетов в работе ВЛКСМ является недопустимо слабое внимание к работе комсомола и совершенно неудовлетворительное партийное руководство и помощь ему со стороны политорганов и партийных организаций... Партийное руководство должно быть построено так, чтобы оно обеспечивало создание благоприятных условий для проявления со стороны комсомольцев творческой инициативы, самодеятельности и повышения личной ответственности за состояние и работу своей организации».
Летом 1932 года партия приняла специальные меры, направленные на укрепление советских военно-воздушных сил, и в частности их партийно-политического аппарата. По предложению Гамарника ЦК ВКЩб) принял решение о создании в авиационных эскадрильях первичных партийных организаций и в авиазвеньях — низовых, а также о создании политотделов в школах военно-воздушных сил.
В этот период Политуправление РККА направило много способных партийных работников в Военную академию, приняло решительные меры к укреплению политических отделов авиационных бригад лучшими политработниками.
«Мне, кадровому политработнику,— вспоминает генерал-майор в отставке А. Лобачев,— впервые довелось встретиться с тов. Гамарником в 1932 году, когда в числе слушателей Коммунистического университета имени Свердлова я возвращался с учебы в Красную Армию, с которой был связан со времен гражданской войны. На совещание в Политуправлении Московского военного округа к нам, молодым политработникам, направлявшимся на работу секретарями партийных комиссий соединений, приехал начальник Политуправления РККА тов. Гамарник.
Душевный, обаятельный в обращении, он сразу расположил нас к себе. Мне хорошо запомнились слова тов. Гамарника о том, что мы, политработники, направляемые на работу в партийные организации армии, должны своей жизнью и работой показывать пример для советских воинов, должны стать партийной совестью армии. Меня сильно взволновали его слова. Многие политработники стали называть тогда самого товарища Гамарника партийной совестью армии.
В январе 1934 года мне привелось слушать выступление тов. Гамарника на партийной конференции Московского военного округа. Тогда он снова говорил о задачах партийных руководителей в армии, о необходимости поднимать их авторитет, о важности овладения военными знаниями, о связи с массами.
Он часто бывал в частях, на маневрах, принимал активное участие в подготовке и воспитании командиров, политработников и бойцов. Большое внимание уделял социалистическому соревнованию, распространению опыта передовых частей. Тесно был связан тов. Гамарник с комсомолом. Он придавал большое значение шефству комсомола над флотом, выступал на съездах и конференциях молодежи.
Многообразна была деятельность Яна Борисовича. Сегодня он встречается с делегацией командиров, политработников и бойцов, завтра — с военными изобретателями, послезавтра — с редакторами окружных военных газет. Старшее поколение политработников хорошо помнит известные письма тов. Гамарника 30-х годов о работе с кандидатами партии, с комсомольцами, о задачах политработников, которые обязаны, как он требовал «вести свою работу непосредственно в массах, быть тесно связанными с воинами, пользоваться среди них авторитетом партийного руководителя».
Много усилий приложил Ян Борисович к разработке и подготовке проекта решения Советского правительства от 22 сентября 1935 года о введении персональных воинских званий в армии, что, как известно, сыграло свою роль в деле укрепления наших командных и начальствующих кадров и способствовало повышению их авторитета.
Для военно-политического состава всех родов войск тогда были установлены воинские звания: политрук, старший политрук, батальонный комиссар, полковой комиссар, бригадный комиссар, дивизионный комиссар, корпусный комиссар, армейский комиссар 2-го ранга и армейский комиссар 1-го ранга.
Под руководством Гамарника с особой тщательностью было проведено аттестование всего политического состава армии, с тем чтобы» новые воинские звания, установленные для политсостава, были присвоены в строгом соответствии с опытом каждого работника и его квалификацией. Постановлением правительства Союза ССР Яну Борисовичу Гамарнику было присвоено тогда воинское звание — армейский комиссар 1-го ранга.
Одним из действенных средств политического и воинского воспитания Ян Борисович считал наглядную агитацию, которая призвана пропагандировать политику нашей партии, боевые традиции, воинский долг, боевые уставы.
Он хорошо знал, насколько наглядные пособия углубляют пропаганду и агитацию, делают ее понятной, доходчивой, действенной. Результатом явилось то, что в ленинских комнатах, клубах частей и гарнизонных Домах Красной Армии стали более широко использоваться различные средства наглядной агитации.
При посещении воинских частей и соединений Гамарник всегда интересовался состоянием наглядной агитации.
Много усилий Ян Борисович прилагал к организации культурного досуга личного состава частей и соединений, развертыванию художественной самодеятельности и спортивно-массовой работы.
При его непосредственной помощи в Москве был построен и начал функционировать Центральный театр Красной Армии, формировался и укреплялся ансамбль песни и пляски Центрального дома Советской Армии под руководством профессора А. В. Александрова.
Старые работники Центрального дома Советской Армии рассказывают о том, какое большое внимание уделял Ян Борисович театру Советской Армии и ныне Краснознаменному ансамблю песни и пляски, который по праву завоевал себе мировую известность. Я. Б. Гамарник интересовался их репертуаром, заботился об обеспечении их всем необходимым для успешного развертывания ими творческой работы.
Хорошо понимая значение подготовки резервов для пополнения массовой армии в случае войны, Гамарник, постоянно интересовался работой оборонных патриотических обществ. Он принял самое деятельное участие в перестройке работы Осоавиахима, требовал от Общества стать боевым резервом Вооруженных Сил, учить своих членов тому, что потребуется на войне, развернуть массовую подготовку населения к противовоздушной и противохимической обороне.
В те годы началась массовая сдача норм на значки «Готов к труду и обороне», «Готов к ПВХО» и т. д. За короткий срок Осоавиахим подготовил тысячи снайперов, летчиков, моряков, кавалеристов, парашютистов, связистов. Эта работа Осоавиахима дала свои результаты особенно в период Великой Отечественной войны, когда в армию, в народное ополчение, в партизанские отряды шли миллионы воспитанников Осоавиахима, имевшие военную подготовку.
Для Гамарника всегда было законом указание великого Ленина о том, что деятельность военного ведомства, как и всех других ведомств и учреждений, ведется на основе точного выполнения директив, даваемых партией в лице ее Центрального Комитета, и что вся их деятельность проходит под его непосредственным контролем.
Именно это он считал главным источником могущества наших Вооруженных Сил и этим он строго руководствовался. Главной задачей партийного аппарата армии он считал укрепление боевой мощи наших вооруженных сил, сплочение личного состава вокруг нашей партии и правительства. Он всегда выступал поборником самой тесной связи нашей армии с народом, уделял большое внимание широкому развертыванию военно-шефской работы под руководством армейских и гражданских партийных, комсомольских и профсоюзных организаций.
Возглавляя партийно-политический аппарат наших Вооруженных Сил более семи лет, Ян Борисович Гамарник оставил заметный след в истории Советской Армии. Под его руководством в 1929—1937 годах партполитаппарат Советских Вооруженных Сил успешно решал задачи, возлагаемые на него Коммунистической партией, являясь надежным проводником партийного влияния в наших Вооруженных Силах.
Армейские коммунисты настойчиво и последовательно добивались укрепления воинской дисциплины, повышения боевой и политической подготовки, совершенствования воинского мастерства. В эти годы, как известно, выросли и окрепли политорганы и партийные организации армии.
* * *
Ян Борисович Гамарник часто мечтал о том замечательном времени, когда в нашей стране развернется во всю ширь гигантская созидательная работа по строительству коммунизма. Это время теперь наступило. Жаль, что он не дожил до наших дней. Сколько хорошего, нужного, полезного он бы еще мог сделать для развития и процветания нашей Родины.
Он был человеком неиссякаемой творческой инициативы и кипучей энергии, сочетая в себе великолепные дарования крупного организатора и способного пропагандиста ленинских идей. На XIV партийном съезде он был избран кандидатом в члены Центрального Комитета партии, а на XV, XVI и XVII съездах — членом Центрального Комитета. Как член Центрального Комитета и Оргбюро ЦК КПСС он принимал самое активное участие во всех мероприятиях, проводимых партией в предвоенные годы по строительству фундамента социалистической экономики.
За особые заслуги перед партией и государством он был награжден орденами Ленина и Красного Знамени. Его хорошо знали и высоко ценили в народе, а также многие видные деятели нашей партии и Советского государства.
В Я. Б. Гамарнике органически сочетались качества крупного партийного и государственного деятеля, скромного и душевного товарища и заботливого начальника. Он всегда умел ясно видеть новые перспективы, раскрывающиеся перед нашей страной.
В одной из своих речей, произнесенной более четверти века тому назад, он говорил: «На нашем пути еще много трудностей, много препятствий, много классовых битв, но нам все это не страшно, победа нам обеспечена, история за нас», В этих словах ярко раскрывается образ самого Гамарника, ясное понимание им трудностей, которые предстоит преодолеть для достижения успехов, и твердая вера в то, что они будут преодолены и победа будет достигнута.
Это был большевик-ленинец, убежденный в торжестве великого дела, которому он посвятил всю свою жизнь. Гамарник жил интересами партии, интересами нашего народа и никогда не щадил своих сил в борьбе за победу генеральной линии партии.
Не перенеся гнетущей обстановки массовых репрессий и гибели многих преданных сынов партии в период культа личности Сталина, Ян Борисович Гамарник покончил жизнь самоубийством.
Наша партия, которая всегда являлась и является умом, честью и совестью трудового народа, нашла в себе силы восстановить и укрепить ленинские принципы и нормы, ленинский стиль в партийной, государственной и общественной жизни страны.
Исторический XX съезд КПСС вернул к жизни многие честные имена деятелей партии и Советского государства. Восстановлено и имя Яна Борисовича Гамарника, которое навсегда останется в нашей памяти. Его прекрасная жизнь и самоотверженная революционная деятельность послужат примером для советских людей, особенно для нашей молодежи.





Добавлена книга известного в прошлом географа Ю. Г. Саушкина «Москва», под редакцией члена-корреспондента АН СССР Н. Н. Баранского, изданная в 1955 г.


Добавлена книга М. Д. Каммари, Г. Е. Глезермана и др. авторов «Роль народных масс и личности в истории», изданная Гос. изд-м политической литературы в 1957 г.


Добавлена книга «На заре книгопечатания» В. С. Люблинского, изданная "Учпедгизом" в 1959 г. и повествующая о первых книгопечатниках.


Добавлена книга «Я. М. Свердлов. Избранные статьи и речи», изданная в 1939 г. и содержащая речи и статьи известного политического и государственного деятеля.


Добавлена книга «Таежные походы. Сборник эпизодов из истории гражданской войны на Дальнем Востоке», под редакцией М. Горького и др., изданная в 1935 г.


Добавлена брошюра М. Моршанской «Иустин Жук», напечатанная издательством "Прибой" в 1927 г. и рассказывающая о деятельности революционера.


Добавлена книга М. А. Новоселова «Иван Васильевич Бабушкин» о жизни Бабушкина, напечатанная издательством "Молодая Гвардия" в 1954 г.