Учебное пособие, написанное академиком Я. К. Гротом, «Русское правописание», изданное в 1894 г.


Книга Г. Роледера «Онанизм», вышедшая из печати в 1927 г. и рассказывающая о лечении пагубной привычки.


Развлекательная и познавательная книга Г. Вагнера и К. Фрейера «Детские игры и развлечения», изданная в 1902 г.


Книга Н. Тяпугина «Народные заблуждения и научная правда об алкоголе», вышедшая из печати в 1926 г.

Распространение марксистской философии в европейских странах в конце XIX - начале XX в.


Краткий очерк истории философии
Под ред. М. Т. Иовчука, Т. И. Ойзермана, И. Я. Щипанова.
М., изд-во «Мысль», 1971 г.
OCR Biografia.Ru


После поражения Парижской коммуны наступил период относительного затишья в развитии рабочего движения. Внутри социалистических партий возникает оппортунистическое течение — ревизионизм, борьба против которого становится одной из центральных задач марксистов.
Рабочее и социалистическое движение выдвинуло в это время выдающихся пропагандистов марксизма и его философских идей: И. Дицгена и Ф. Меринга — в Германии, П. Лафарга — во Франции, А. Лабриолу — в Италии, Д. Благоева — в Болгарии и др. Все они были соратниками или учениками основоположников марксизма, не только пропагандировавшими, но и развивавшими отдельные стороны марксистской философии.
Иосиф Дицген (1828—1888), по замечанию Ленина, был одним из «выдающихся социал-демократических писателей-философов Германии». Он был рабочим, кожевенным мастером. Не получив законченного школьного образования, Дицген много занимался самостоятельно, рано познакомился с философией Фейербаха, изучил политическую экономию, французский утопический социализм. Революция- 1848 г. оставила в сознании Дицгена неизгладимое впечатление. Он стал революционером. Реакция заставила его покинуть родину. В 1867 г. Дицген вступил в переписку с Марксом. С этого времени он стал убежденным марксистом. Под влиянием марксизма он написал такие работы, как «Сущность головной работы человека», «Экскурсии социалиста в область теории познания» и «Аквизит философии». Им было высказано много глубоких диалектико-материалистических мыслей.
Энгельс писал, что Дицген открыл материалистическую диалектику самостоятельно, независимо от Маркса и даже от Гегеля. Высоко оценивал его работы В. И. Ленин, указывавший, что «в этом рабочем-философе, открывшем по-своему диалектический материализм, много великого!». Но в то же время Ленин отмечал, что Дицген не всегда дает верное изложение диалектического материализма, нередко допускает отступления и ошибки, которые использовали противники марксизма, в частности махисты.
Главная заслуга Дицгена — разработка некоторых проблем диалектико-материалистической теории познания, что имело исключительно важное значение в связи с распространением в среде естествоиспытателей позитивизма. Известный физиолог Дюбуа-Реймон в речи «О границах познания природы» (1872) отрицал возможность познания сущности материи и сознания. Он утверждал, что наука не может раскрыть эту загадку. Дицген противопоставляет агностицизму не просто материализм, а его современную форму — диалектический материализм.
Диалектический метод, будучи выражением объективных закономерностей в природе и обществе, является, говорит Дицген, методом научным. Диалектика — «центральное солнце, от которого исходит свет, озаривший нам не только экономию, но и все развитие культуры, и которое в конце концов осветит и всю науку в целом до «последних ее оснований»».
В своей концепции Дицген берет за исходный пункт материальный мир. «Мировая, монистическая природа, являясь в одно и тоже время временной и вечной, ограниченной и неограниченной, частной и общей, существует во всем, и все существует в ней».
Человек со своим разумом и чувствами составляет часть материального мира, находящегося в непрерыв-ном движении и изменении. Человеческий разум не есть нечто сверхъестественное, он подобен природным силам,» но обладает специфическими свойствами, одному ему присущими. Процесс мышления — физиологический.процесс. В письме к Марксу Дицген писал: «Мышление есть чувственный материальный факт. Если его нельзя осязать, то его все же можно чувствовать». Сознание производно от материи, оно представляет собой ее «идеальный продукт», ее форму бытия, движения. Дицген отвергает примитивное решение вульгарных материалистов, которые сводят мысль к веществу.
Но Дицген не всегда умело отгораживался от вульгарного материализма. Так, он писал, что «и не чувственное представление чувственно, материально, то есть действительно». В. И. Ленин указывает на ошибочность данного положения: «Что и мысль и материя «действительны», т. е. существуют, это верно. Но назвать мысль материальной — значит сделать ошибочной шаг к смешению материализма с идеализмом».
Дицген отстаивает материалистическую теорию отражения» в которой диалектически решает многие ее вопросы. Он отверг точку зрения Канта о непознаваемости «вещи в себе», отмечая, что явление принципиально не отличается от «вещи в себе», оно есть образ ее. Он подчеркивает объективность нашего познания, ссылаясь на опыт, практику человека как основу всего теоретико-познавательного процесса, как судью в споре о возможности познания мира.
Дицген поставил вопрос о необходимости исследования процесса познания. Он упрекал французских материалистов в том, что они не занимались анализом «мыслительной способности человека».
Теория познания, по мнению Дицгена, важнейшая часть материалистической философии. В исследовании деятельности сознания должен принять участие не только естествоиспытатель, но и философ, причем последнему принадлежит решающее слово. Мышление, будучи свойством мозга, есть «предмет отдельной науки, которая может быть названа логикой, теорией познания или диалектикой».
В заслугу Дицгену следует поставить разработку им проблемы истины. Познание объективной истины, согласно Дицгену, осуществляется диалектически. Наши представления суть образы материальных предметов. Однако они никогда не могут стать точной фотографией природы. Как портрет не может полностью передать все стороны и черты оригинала, так и наши представления приблизительно, не абсолютно отражают в нашем сознании явления природы. Процесс познания человеком материального мира есть раскрытие истины. Но природа бесконечна, она «неисчерпаема по своим дарам». Поэтому разум познает природу и ее отдельные части — вещи — относительно, т. е. приблизительно, не полно, не абсолютно. Эти относительные истины представляют собой «истинную, настоящую и правдивую картину», хотя она и не исчерпывает полностью познания мира.
В. И. Ленин в книге «Материализм и эмпириокритицизм» подчеркнул правильность постановки вопроса Дицгеном об объективной истине, о соотношении абсолютной и относительной истины. Вместе с тем он отметил, что Дицген допускает здесь неточности. Так, в «Экскурсиях социалиста в область теории познания» Дицген говорит о прирожденности человеку знания об абсолютной истине. Однако в целом в учении о познании, в вопросе о критерии истины Дицген следует по пути, проложенному Марксом и Энгельсом. Для него одно из важных отличий материалистической философии от идеалистической заключается в том, что первая критерием истины выдвигает практику, вторая — чистое мышление.
Дицген ставил вопрос о диалектической логике! В своих произведениях, в особенности в «Письмах о логике», он рассматривает проблему новой логики и стремится установить принципиальное различие между ней и формальной логикой. При этом он подвергает последнюю критике. Формальная логика, утверждает он, абстрактна, игнорирует движение и изменение явлений, проводит резкую грань между явлениями и не принимает во внимание различий, противоположностей, составляющих суть явлений природы, отрывает форму от содержания и чрезмерно выпячивает самостоятельную роль,интеллекта. Поэтому только диалектическая логика жизненна. «Диалектическое искусство или логика, которая учит, что мировое целое... есть единая сущность, — замечает Дицген, — представляет собою абсолютное учение о развитии». Дицген понимает, что новая логика должна.не только отражать изменение и развитие, совершающиеся во Вселенной, но и объяснить лежащее в его основе противоречие. Диалектическая логика в отличие от формальной считает противоречие законным и истинным, ибо оно присуще самим вещам. Высоко оценивая диалектическую логику Гегеля, Дицген отмечает ее коренной недостаток, указывая на зависимость категорий мышления от объективной диалектики. Махисты, пользуясь отдельными неточностями и ошибочными формулировками Дицгена (например, наша познавательная способность диалектически расчленяет природу), пытались приписать ему субъективизм в решении вопроса о диалектической логике. Но тщетно. Дицген заявляет твердо: «Наука логики должна иметь дело лишь с фактическим миром, который неразрывно связан с нами и нашими мыслями».
Свой материализм Дицген отстаивал в борьбе против идеалистов, «дипломированных лакеев поповщины». Идеализм в философии он рассматривал как ухищренную защиту религии, как мировоззрение эксплуататорских классов.
В. И. Ленин отмечает справедливость и меткость даваемой Дицгеном характеристики идеализма. Дицген особенно клеймил в философии партию середины, называя ее гнусной партией, лицемерно скрывающей свою действительную классовую позицию.
Поль Лафарг (1842—1911) — один из виднейших революционеров, руководителей французского и международного рабочего движения, в течение многих лет был связан узами дружбы с Марксом и Энгельсом. Он был блестящим пропагандистом марксистской теории, борцом за диалектический материализм и воинствующим критиком идеализма. В. И. Ленин видел в нем «одного из самых талантливых и глубоких распространителей идей марксизма...».
Лафарг сочетал большую организаторскую работу профессионального революционера с широкой литературно-публицистической и теоретической деятельностью. Им написан ряд марксистских исследований в области философии, по вопросам языкознания, литературной критики и этнографии. Характерная особенность его философских работ («Экономический детерминизм Карла Маркса», «Религия капитала» и др.)— боевая партийность, глубокая постановка им теоретических вопросов.
П. Лафарг обращает внимание на те существенные изменения, которые произошли в капиталистических странах за последнее десятилетие. Так, в работе «Американские тресты, их экономическое, социальное и политическое значение» он анализирует процесс монополизации капитализма, усматривая в этом «особую стадию капиталистической эволюции». Это дает ему возможность глубоко рассмотреть проблемы материалистического понимания истории.
Большое внимание Лафарг уделяет критике неокантианства, которое с конца XIX в. приобрело во Франции сторонников среди виднейших представителей правого крыла социалистической партии, например Жореса, усматривавшего в неокантианстве философскую основу социалистического движения. В 1895 г. Жорес в дискуссии с Лафаргом выступил против материалистического понимания истории.
Лафарг в своей критике неокантианцев правильно раскрыл внутреннюю связь их теоретических взглядов с политическим оппортунизмом. Он писал, что неокантианцы, отвергающие классовую борьбу и выдвигающие «этический социализм», пытаются при помощи философии Канта раздавить материализм Маркса и Энгельса. В своей книге «Экономический детерминизм Карла Маркса» Лафарг, подвергая критике Канта и его новейших сторонников, излагает теорию познания и диалектический метод Маркса, а также основы материалистического понимания истории. В диалектике Маркса он видел творческий метод, инструмент для исследования конкретных фактов. Марксизм, говорил Лафарг, отнюдь не доктрина готовых правил и канонов.
Борьба против неокантианцев определила интерес Лафарга и к разработке важных проблем материалистической теории познания. Многие страницы его работ посвящены анализу отвлеченных понятий, абстрактных идей. На примерах истории древнегреческой и новой философии Лафарг показывает непрерывную борьбу, которая велась между материализмом и идеализмом вокруг решения проблемы отвлеченных понятий. В связи с этим он подвергает критике идеализм Платона, Декарта, Лейбница, Канта, Гегеля. Лафарг справедливо подчеркивает, что решить вопрос о происхождении понятий, идей можно только исходя из открытого Марксом материалистического понимания истории. «Понятия прогресса, справедливости, свободы, отечества и т. д., как и аксиомы математики, — писал он, — не существуют сами по себе и вне опыта. Они не предшествуют опыту, а следуют за ним. Они не порождают исторических событий, а являются следствиями социальных явлений, которые, развиваясь, создают их, преобразуют и уничтожают. Они становятся движущими силами только потому, что они вытекают непосредственно из социальной среды».
В своей работе «Проблема познания» Лафарг исследует соотношение чувственной и логической сторон познания. В познании человек пользуется не только одними своими чувствами, но и разумом и практикой, включающей использование научных приборов. «Кантианцы и неокантианцы, — замечает Лафарг,— делают, таким образом, грубую ошибку, утверждая, что мы познаем и можем познавать свойства вещей только посредством наших чувственных впечатлений»2. Понятия субстанции, причинности и прочие «априорные категории» возникают у человека в ходе длительной исторической практики, так же как и все категории этики, социологии, политической экономии и естественных наук.
Лафарг опровергает агностицизм Канта, его доводы о бессилии разума, указывая на непрерывное расширение познавательных способностей человека по мере развития его практической деятельности. Касаясь классовой стороны вопроса теории познания, Лафарг приходит к выводу, что пролетариату присуще мировоззрение, признающее объективность познания, современная же буржуазия нуждается в агностицизме ради укрепления своего господства. Ленин в «Материализме и эмпириокритицизме» отмечает правильность позиции Лафарга в критике им Канта.
Не все вопросы теории познания в равной степени глубоко и всесторонне рассматривались Лафаргом. Некоторые из них, например его трактовка соотношения чувственной и логической сторон познания или вопроса о практике, о применении диалектики в познании, нуждаются в уточнении, а иногда и в поправках. Вопрос же о понятии Лафарг решает творчески.
Правильно усматривая в диалектике единственно научный метод познания всех явлений природы и общества, Лафарг в своих работах разъясняет диалектический метод применительно главным образом к различным сторонам общественной жизни.
В статье «Эволюция — революция» Лафарг подвергает критике вульгарный эволюционизм О, Конта, Г. Спенсера и др. «Многие, в том числе ученые позитивисты, — пишет он, — думают, что эти две формы развития — эволюция и революция — противоположны и взаимно друг друга исключают; в действительности же они друг друга дополняют». Революционная форма развития подготовляется эволюционными изменениями. Это всеобщий закон развития природы и общества.
В работах, посвященных вопросам исторического материализма, Лафарг отмечает, что человечество развивается в условиях естественной среды и среды искусственной, создаваемой в процессе общественной жизни. Последняя включает в себя экономические, социальные, политические и идеологические общественные отношения. Определяющей силой общественного развития является способ производства. Нельзя применять законы природы к объяснению истории человечества, как это делают социал-дарвинисты. «Борьба за существование, проповедуемая господами дарвинистами, — пишет Лафарг, — не может объяснить развития человеческих обществ, потому что люди живут в других условиях, чем животные и растения».
В историческом материализме Лафарг усматривает теорию, раскрывающую законы развития и гибели капитализма и тем самым показывающую пролетариату пути и средства достижения социализма. «Экономический материализм (марксизм.— Авт.) призывает пролетариат цивилизованных стран к восстанию. Он учит тому, что последний освободится лишь тогда, когда он разобьет экономическую форму капиталистического общества».
Особое место в произведениях Лафарга занимает обоснование марксистской теории классовой борьбы и государства. Лафарг решительно выступает против ревизионистского тезиса Бернштейна, Малона и других о постепенном врастании капитализма в социализм, резко критикует буржуазный парламентаризм и буржуазную демократию, доказывая, что революции пролетариата представляют собой исторически неизбежный путь развития общества.
Лафарг был пропагандистом марксистского учения о диктатуре пролетариата. «В тот день, — писал он, — когда пролетариат Европы и Америки овладеет государством, он должен будет организовать революционную власть и диктаторски управлять обществом, пока буржуазия не исчезнет как класс, т. е. пока не будет закончена национализация орудий производства (банков, железных дорог, фабрик, копей, заводов и проч.)».
Излагая материалистическое понимание истории, Лафарг анализирует проблему морали и религии и обосновывает пролетарский атеизм. Он опровергает идеалистическое учение о врожденности моральных идей. Этические представления исторически меняются. Так, понятия справедливости и несправедливости возникают с появлением частной собственности и изменяются по мере ее развития. С развитием социально-экономических отношений в обществе меняется и содержание нравственного идеала. Мораль господствующих классов антагонистического общества соответствует их интересам и потребностям и всячески навязывается угнетенным классам.
На конкретном этнографическом и историко-литературном материале Лафарг показывает эволюцию религиозных представлений в зависимости от экономических и социальных отношений в обществе. В своих талантливо написанных памфлетах «Пий IX в раю», «Религия капитала» он убедительно доказывает, что в современную эпоху религия защищает основы капиталистического общества. Религию он называет духовным средством угнетения трудящихся масс.
Работы Лафарга не свободны от недостатков и некоторых ошибок. Так, в его взглядах на государство заметно влияние анархо-синдикализма; он недооценивал роль парламентской борьбы. В целом, однако, Лафарг в коренных вопросах классовой борьбы и революции стоял на правильных позициях.
Франц Меринг (1846—1919) к социал-демократии пришел в конце 80-х годов из лагеря буржуазной демократии. Он был видным публицистом, пропагандистом и теоретиком марксизма. В течение многих лет он состоял членом редакции теоретического органа немецкой социал-демократии «Neue г. стал редактором левой газеты «Leipziger Volkszeitung». Меринг был одним из видных представителей левого крыла в немецкой социал-демократии. В. И. Ленин говорил о нем как о человеке не только желающем, но и умеющем быть марксистом. Меринг восторженно приветствовал Великую Октябрьскую социалистическую революцию. Он был одним из основателей Коммунистической партии Германии.
Ф. Меринг предстает перед нами разносторонним философом. Ему принадлежат интересные статьи по истории философии, по критике буржуазной философии и ревизионизма, а также ряд произведений, в которых разрабатываются проблемы исторического материализма. Достойно упоминания творческое применение им исторического материализма в исследовании истории Германии, военных проблем и особенно вопросов литературы и литературной критики. Философию Меринг всегда рассматривал как мировоззрение определенных классов, связанное с той борьбой, которую они ведут. «Философия представляет собою, — писал он, — идеологическое, сопутствующее явление классовой борьбы, одну из тех идеологических форм, в которых люди сознают эту борьбу и в которых проводят ее».
Мерингу принадлежит заслуга разоблачения таких идеалистических философских концепций, как теории Ницше, Гарт-мана, Шопенгауэра, неокантианцев. Меринг первым нанес удар по мифу о ницшеанстве как прогрессивной философии, будто бы направленной против буржуазной культуры. Он вскрывает реакционную суть философии Ницше.
Не менее важной была критика Мерингом Шопенгауэра и Гартмана, Он опровергает утверждения Шопенгауэра и Гартмана о том, что их философия представляет собой продолжение немецкой классической философии. Меринг убедительно доказал, что эти реакционные философы выступают против всего прогрессивного, что было создано Гегелем, они отвергли самое ценное у него — диалектику. Шопенгауэр и Гартман противопоставляют диалектике метафизические категории «неизменного» и «случайного» в истории. Отмечает Меринг и то характерное, что было во взглядах Шопенгауэра и Гартмана,— это стремление использовать в борьбе против философского материализма агностицизм некоторых естествоиспытателей. Гартман пытался философски обосновать «физический идеализм». В области биологии он был злейшим противником дарвинизма. Меринг подверг критике витализм Шопенгауэра, усматривая в нем полный отказ от науки, от познания природы. Он писал, что Шопенгауэр и Гартман, утверждая, что «жизненная сила» — предел нашего знания о природе, ставят границы естествознанию. В борьбе с Гартманом и виталистами Меринг выступает в защиту дарвинизма, который он считает современной эволюционной теорией, дающей правильное понимание закономерностей развития животных и растительных организмов.
Центральное место в своей критике буржуазной философии Меринг отводит неокантианству. Он разоблачает лозунг «назад к Канту» как реакционный призыв к борьбе против марксистской философии. «Если мы бросим еще один взгляд на неокантианство, — писал Меринг, — то увидим, что объективно и по существу оно представляет собою лишь попытку разрушить исторический материализм».
Заслугой Меринга было также выступление его против так называемого гегельянского ренессанса. Он говорил, что мода на Канта начинает проходить, что сейчас буржуазия стремится найти новое идеологическое оружие против марксизма в неогегельянстве. Неогегельянство, по словам Меринга, возрождает прежде всего реакционное учение Гегеля о государстве. Ретроградные устремления неогегельянцев не имеют будущего. Буржуазное общество обречено на гибель.
Следует отметить, что не все написанное Мерингом имеет одинаковую ценность, что в некоторых вопросах он допускает подчас серьезные ошибки, неточности. Так, выступление Меринга против махизма ограничилось лишь критикой попыток некоторых социал-демократических сторонников Маха (в частности, Фр. Адлера) ревизовать исторический материализм. За различного рода софистическими доводами махистов, за мнимой их беспартийностью в философии Меринг не разглядел их идеализм в области гносеологии, их борьбу против диалектического материализма. Он не видел связи между махизмом и «физическим идеализмом», возникшим в результате кризиса естествознания в конце XIX и начале XX в. Отдельные недостатки, односторонность и некоторые ошибки в критике Мерингом буржуазной философии объясняются тем, что он не понял значения марксизма как особой философии, не видел, что Маркс и Энгельс произвели переворот в философии, создав новый, диалектический материализм. Диалектику, например, он рассматривал лишь как «историко-материалистический метод», не видя в ней науки о всеобщих законах развития всего существующего. Он считал, что в области естественных наук Маркс и Энгельс придерживались механистического материализма.
Сильной стороной Меринга была защита им материалистического понимания истории и применение им исторического материализма к исследованию истории, литературы. Решительный противник исторического идеализма, он боролся за каждое положение материализма против буржуазных социологов Зомбарта, Барта, Тенниса и буржуазного экономиста Л. Брентано, разоблачал идеалистические ухищрения ревизионистов Бернштейна и Вольтмана. Меринг правильно указывал на связь материалистического понимания истории с политическими задачами классовой борьбы пролетариата. Материалистическое понимание истории, говорил он, острейшее оружие в деле революционизирования масс.
В своих работах, посвященных анализу проблем материалистического понимания истории, Меринг ставит перед собой задачу выяснить прежде всего зависимость социально-политических и идеологических явлений от экономического базиса. В «Легенде о Лессинге» он исследует зависимость идеологии немецкой буржуазии от экономических условий. Однако Меринг подчас недооценивал марксистское положение об обратном влиянии надстройки на базис и об относительной самостоятельности развития идеологических форм. На это обстоятельство обращает его внимание Энгельс в одном из своих писем.
В вопросе о революции Меринг придерживался марксистского тезиса, что конкретные исторические обстоятельства определят характер будущего общественного развития, которое может совершиться при посредстве или без посредства насильственного переворота. О диктатуре пролетариата он упоминал в общей форме. По-настоящему он поставил этот вопрос лишь после социалистической революции в России. В статье «Маркс и большевики» (1918) он говорил о диктатуре пролетариата как о переходном строе, при котором политическая власть сосредоточена в руках рабочих. Меринг опровергал взгляд Каутского, согласно которому диктатура пролетариата тождественна с буржуазным парламентаризмом и буржуазной демократией. Характеризуя роль Меринга в распространении и развитии марксизма, мы можем сказать, что он был одним из талантливых философов, защищавших теорию Маркса и Энгельса от буржуазных философов и ревизионистов.
Антонио Лабриола (1843—1904) — видный итальянский философ-марксист. Свою деятельность он начал в условиях роста национально-освободительного движения в Италии. По своим политическим убеждениям Лабриола примыкал первоначально к буржуазно-демократическому направлению, но знакомство с социализмом и социалистическим движением приводит его в 90-е годы к марксизму.
В Римском университете Лабриола вел курс по истории социализма, открыто объявив себя сторонником исторического материализма. В письме к Энгельсу от 21 февраля 1891г. он писал: «Теперь, больше чем когда-либо, я живу в вашем обществе. В университете, где в конце концов я снова обрел бодрость и свободу слова, уже несколько месяцев я развиваю материалистическую теорию истории». В 1893 г., будучи делегатом конгресса II Интернационала в Цюрихе, Лабриола познакомился лично с Энгельсом. В 1895 г. он опубликовал первую часть «Очерков материалистического понимания истории», затем вторую и третью часть. Последняя часть этой работы под названием «От одного века к другому» вышла в свет лишь в 1925 г.
В своих письмах к синдикалисту Ж. Сорелю Лабриола наряду с практическими вопросами пропаганды исторического материализма рассматривает ряд теоретических проблем: теории познания, морали, происхождения и развития христианства и др. Свои взгляды он развивает в борьбе против буржуазной философии и социологии Ницше, Гартмана, Кроче, социальных дарвинистов и мальтузианцев, против ревизионистов Бернштейна, Турати, Масарика и др. Будучи одним из лучших представителей марксизма периода II Интернационала, Лабриола еще не понял до конца сущности возникшей на грани XIX и XX вв. новой исторической эпохи, новых задач рабочего движения в борьбе за социалистическую революцию. Его теоретические воззрения грешили известной абстрактностью и некоторым схематизмом. Противоречивую позицию он занимал в вопросе о соотношении диалектического и исторического материализма. Из ряда его высказываний следует, что философией марксизма он считал только исторический материализм. Нечетко его определение содержания диалектики: он ее рассматривает то как совокупность исследовательских приемов, то как метод критического мышления. Однако он правильно применяет диалектику к объяснению исторического процесса, давая глубокую критику абстрактно-этической точки зрения Б. Кроче и эклектики Т. Масарика. Книгу Лабриолы «Об историческом материализме» В. И. Ленин назвал превосходной для того времени. Высоко оценивали его произведения Плеханов, Лафарг и Меринг.
В своих работах Лабриола исследует вопрос о генезисе социально-исторической доктрины Маркса и Энгельса. Он обращает внимание не столько на преемственную связь марксизма с прогрессивными идеями прошлого, сколько на исторические и социальные условия, породившие марксизм, и на то новое, что дали Маркс и Энгельс по сравнению со всей прошлой историографией и социологией. В этой связи Лабриола подчеркивает историческое значение «Манифеста Коммунистической партии». Дата появления «Манифеста...», по его словам, является «межой, отмечающей на нашем пути начало новой эры». Он указывает, что доктрина научного коммунизма вытекает из материалистического понимания истории.
В своих произведениях Лабриола в своеобразной форме излагает основные принципы материалистического понимания истории. Нередко его терминология непоследовательна и туманна, но принципиальные вопросы он решает с марксистских позиций. Лабриола отстаивает марксистское положение о том, что общественный прогресс в конечном счете определяется развитием производства. При этом он подвергает обоснованной критике социальный дарвинизм, так называемый экономический материализм и теорию факторов. Лабриола доказывает неправомерность сведения истории к борьбе за существование. Человек последовательно создает - различные градации социальной среды. Общество отнюдь не простое продолжение природы. «Развивались и прогрессировали только люди, открывая мало-помалу в природе те условия, которые позволяют создавать благодаря труду и накоплению опыта новые и более сложные формы производства».
Отвергая «экономический материализм», Лабриола обращает внимание на сложность общественной жизни и ее явлений. Нельзя, говорит он, выводить идеологические явления непосредственно, автоматически из экономических условий жизни. «Экономический фундамент, определяющий все остальное, не является простым механизмом, откуда выделяются в качестве непосредственных следствий, автоматических и машинальных, учреждения, законы, обычаи, мысли, чувства и различные виды идеологии».
Лабриола раскрывает научную несостоятельность «теории факторов». Вместе с тем он указывает, что до появления марксизма эта теория была ступенью в познании, давала временную ориентировку в событиях.
Распространение идей революционного марксизма в Италии неразрывно связано с именем Лабриолы. Основатели Коммунистической партии Италии А. Грамши и П. Тольятти высоко оценивали пропагандистскую деятельность Лабриолы.
Дмитрий Благоев (1855—1924) — основатель марксистской партии в Болгарии, выдающийся мыслитель, труды которого положили начало распространению марксизма в этой стране.
Уже в студенческие годы в Петербургском университете он активно участвует в революционном движении и в 1883—1884 гг. организует одну из первых в России социал-демократическую группу, которая связывается с плехановской группой «Освобождение труда». В 1885 г. царское правительство арестовывает Благоева и высылает на родину.
Формирование мировоззрения Благоева совершалось под непосредственным влиянием русских революционных демократов. Изучение трудов Маркса и Энгельса сделало его убежденным сторонником научного социализма. По возвращении в Болгарию Благоев основывает журнал «Современен показател» — первое марксистское издание в этой стране. В своих произведениях он выступает против народнической идеологии в Болгарии, противопоставляя ей материалистическое понимание истории и его применение к специфическим условиям исторического развития Болгарии. В работе «Что такое социализм и имеет ли он почву у нас?» (1891) Д. Благоев теоретически обосновывает необходимость создания пролетарской, марксистской партии Болгарии. Эта партия была создана в 1891 г. под непосредственным руководством Благоева, который в дальнейшем ведет неустанную идейную борьбу против оппортунистических элементов в болгарском социал-демократическом движении и возглавляет выделившееся в 1903 г. из социал-демократической партии революционное крыло, оформившееся в самостоятельную марксистскую партию «тесных» социалистов, которая была преобразована в 1919 г. в Болгарскую коммунистическую партию. Д. Благоев перевел на болгарский язык первый том «Капитала» Маркса и ряд других его произведений. Более четверти века он возглавлял журнал «Ново време» — теоретический орган партии «тесняков».
Научная деятельность Д. Благсгева поражает своей многогранностью. Философия, история, политическая экономия, литературоведение— во всех этих областях Д. Благоев сказал свое слово. Блестящий полемист, он подвергает основательной критике идеалистическое понимание истории, метафизические представления об экономических и политических «устоях» общества, субъективизм, эклектизм, агностицизм. Д. Благоев — основоположник марксистской эстетики в Болгарии, глубокий критик идеалистической концепции «искусства для искусства», автор литературоведческого исследования «Общественно-литературные вопросы» (1901), в котором была дана высокая марксистская оценка творчества X. Ботева и других писателей-демократов Болгарии. В трудах Благоева мы находим глубокую критику бернштейнианства (в частности, его болгарской разновидности — «общедельцев») и в этой связи систематическое разъяснение основных понятий материалистической диалектики, которую Благоев называл душой марксизма. При этом Благоев в особенности подчеркивал значение закона единства и борьбы противоположностей, характеризуя его как «великий, вечный повсеместный закон». Субъективистски-агностическому истолкованию процесса познания Д. Благоев противопоставил марксистскую теорию отражения, в изложении которой он, однако, допускал ошибки в духе теории иероглифов Плеханова. Были у него и другие ошибки: переоценка роли стихийности в рабочем движении, значения парламентской борьбы. В дальнейшем он полностью преодолел эти ошибки. Д. Благоев восторженно встретил Великую Октябрьскую революцию и до последних своих дней активно участвовал в освободительном движении рабочего класса.

продолжение книги ...






Добавлена книга известного в прошлом географа Ю. Г. Саушкина «Москва», под редакцией члена-корреспондента АН СССР Н. Н. Баранского, изданная в 1955 г.


Добавлена книга М. Д. Каммари, Г. Е. Глезермана и др. авторов «Роль народных масс и личности в истории», изданная Гос. изд-м политической литературы в 1957 г.


Добавлена книга «На заре книгопечатания» В. С. Люблинского, изданная "Учпедгизом" в 1959 г. и повествующая о первых книгопечатниках.


Добавлена книга «Я. М. Свердлов. Избранные статьи и речи», изданная в 1939 г. и содержащая речи и статьи известного политического и государственного деятеля.


Добавлена книга «Таежные походы. Сборник эпизодов из истории гражданской войны на Дальнем Востоке», под редакцией М. Горького и др., изданная в 1935 г.


Добавлена брошюра М. Моршанской «Иустин Жук», напечатанная издательством "Прибой" в 1927 г. и рассказывающая о деятельности революционера.


Добавлена книга М. А. Новоселова «Иван Васильевич Бабушкин» о жизни Бабушкина, напечатанная издательством "Молодая Гвардия" в 1954 г.