Учебное пособие, написанное академиком Я. К. Гротом, «Русское правописание», изданное в 1894 г.


Книга Г. Роледера «Онанизм», вышедшая из печати в 1927 г. и рассказывающая о лечении пагубной привычки.


Развлекательная и познавательная книга Г. Вагнера и К. Фрейера «Детские игры и развлечения», изданная в 1902 г.


Книга Н. Тяпугина «Народные заблуждения и научная правда об алкоголе», вышедшая из печати в 1926 г.

И.И.Мечников и его борьба против идеализма и религии


Д.Ф.Острянин, "И.И.Мечников и его борьба против идеализма и религии"
Издательство "Знание", Москва, 1952 г.
OCR Biografia.Ru

Важнейшей особенностью русской науки, в частности науки о живой природе, является наличие в ней прочной материалистической традиции, ведущей свое начало от гениального русского ученого, основателя опытного отечественного естествознания и материалистической философии — М. В. Ломоносова.
В условиях реакционного самодержавного строя, всеми средствами насаждавшего в стране религиозно-идеалистическое мировоззрение и зверски подавлявшего малейшие проблески материалистической мысли, передовые ученые России боролись против религиозно-идеалистических взглядов, отстаивали и обосновывали материалистическое понимание природы, защищали и развивали материалистическве направление в биологии, обогащали ее новыми выдающимися достижениями, подготовившими создание диалектико-материалистической, мичуринской биологии. Одним из передовых борцов за научное, материалистическое мировоззрение был великий русский ученый И. И. Мечников, внесший огромный вклад в сокровищницу русской и мировой науки. Его имя стоит в одном ряду с именами Лобачевского и Менделеева, Сеченова и Павлова, Тимирязева и Мичурина.

Великий русский ученый и патриот

Илья Ильич Мечников родился в 1845 году в селе Панасовка (выне село Мечниково) Харьковской губернии. Его мировоззрение сформировалось в 50—60-е годы прошлого столетия под влиянием трудов Ломоносова, Герцена, Сеченова, Чернышевского, Писарева и других русских естествоиспытателей-материалистов и революционных демократов.
И. И. Мечников — гениальный и разносторонний ученый. Его научное творчество чрезвычайно многогранно: он классик дарвинизма, крупнейший зоолог, основоположник новой эволюционной сравнительной эмбриологии, творец сравнительной патологии, создатель русской микробиологии. Он обогатил биологию и медицину многими новыми открытиями и выводами большого теоретического и практического значения. Работая в области зоологии, Мечников вместе с другим выдающимся русским ученым А. О. Ковалевским явился создателем новой отрасли биологии — эволюционной эмбриологии. Оценивая значение эмбриологических исследований Мечникова и Ковалевского, К. А. Тимирязев писал, что благодаря этим исследованиям их имена «стали общим достоянием европейской и в течение полувека продолжали и продолжают составлять гордость русской науки» (1). Он указывал, что Мечников и Ковалевский были пионерами-учителями, ведущими вперед европейскую науку.
Занимаясь исследованиями эмбрионального развития низших многоклеточных животных, Мечников создал глубокую и оригинальную теорию происхождения этих животных. Как известно, немецкий ученый Геккель создал теорию, согласно которой все многоклеточные животные происходят от примитивной, единой, просто организованной формы, имеющей вид чашечки с двойной стенкой, которую он назвал гастреей. Мечников, исследуя развитие простейших многоклеточных — губок, полипов и медуз,— доказал, что во многих случаях форма личинок имеет вид не гаструлы, которую Геккель взял за основу своей теории, а проще и примитивнее. Гаетрулоподобную форму она приобретает значительно позже, вначале же это только компактная масса клеток. Эту наиболее примитивную стадию развития многоклеточного животного Мечников назвал паренхимелой или фагоцителлой. Теория фагоцителлы и до настоящего времени в вопросе происхождения многоклеточных пользуется широким признанием.
Будучи великим зоологом, Мечников вместе с тем явился одним из основателей современной медицины. Его учение о фагоцитозе представляет собой одно из крупнейших достижений научной мысли и по праву рассматривается как гордость русской науки. К созданию этого учения Мечников пришел на основе открытого им внутриклеточного способа пищеварения. Изучая процессы пищеварения у простейших животных (амеб, губок, ресничных червей и др.), Мечников установил у них особый тип пищеварения, названный внутриклеточным, который заключается в том, что твердые пищевые частицы, попадающие в полость тела животного, захватываются клетками этого тела и постепенно перевариваются.
Изучая этот процесс на всех ступенях эволюционного развития, Мечников убедился в том, что у высших животных, имеющих пищеварительную полость или желудочно-кишечный тракт, также есть клетки, способные переваривать посторонние тела, но их роль в организме иная: они ведут борьбу с чужеродными телами и микробами, попадающими в организм. Эти клетки, захватывающие чужеродные тела и микробы и уничтожающие их, Мечников назвал фагоцитами (пожирающими клетка-
------------------------------------
1. К. А. Тимирязев. Соч. т. VIII, стр. 102. Сельхозгиз. 1939.
------------------------------------
ми). У позвоночных животных, в том числе и у человека, такими фагоцитами являются подвижные белые кровяные клетки — лейкоциты. Кроме них, как показал Мечников, фагоцитарной способностью обладают и многие оседлые, то есть неподвижные клетки ряда внутренних органов и тканей: селезенки, печени, костного мозга, соединительной ткани. Учение о фагоцитозе Мечников развил в стройную систему — фагоцитарную теорию, объясняющую явления воспаления и иммунитета.
На основе учения о фагоцитозе Мечников создал свою теорию воспаления. До него воспаление расценивалось только как безусловно вредный для организма процесс. При этом все патологи придерживались мнения, что лейкоциты крови способствуют размножению микробов и распространяют их по всему организму. Мечников же показал, что воспаление по существу не вредный для организма процесс, а одна из форм защитной фагоцитарной реакции организма против раздражающих деятелей, от успешного хода которой зависит исход болезни. Чем энергичнее фагоцитарная деятельность организма, тем успешнее борьба с заболеванием, вызванным проникновением болезнетворных микробов, чем слабее деятельность, тем слабее борьба организма с инфекционной болезнью.
Фагоцитарная теория Мечникова внесла переворот в учение о воспалении. Его книга «Лекции о сравнительной патологии воспаления», вышедшая в 1892 году, в которой он обобщил свои многочисленные исследования по изучению воспаления, представляет собой выдающееся событие в истории биологии и медицины.
Фагоцитоз послужил основой для разработки Мечниковым теории иммунитета, то есть невосприимчивости организма к инфекционным болезням. Проблему иммунитета Мечников разрешил также совершенно по-новому. Он показал, что невосприимчивость организма к инфекциям зависит от фагоцитарной способности соответственных клеток организма, то есть от способности поглощать и переваривать микробы. В организме с активными фагоцитами болезнь не развивается. При отсутствии фагоцитоза болезнь развивается и приводит организм к гибели. Фагоцитарная способность организма, как показал Мечников, явилась результатом естественного отбора.
Свою теорию иммунитета Мечников изложил в книге «Невосприимчивость в инфекционных болезнях», вышедшей в 1901 году. Этот огромный труд представляет собой свод 25-летней работы, как назвал его сам Мечников. По богатству фактов, на которые опираются выводы, по глубине разработки вопросов, по силе аргументации эта книга считается классическим произведением современной медицины.
Работы Мечникова в области воспаления и иммунитета имеют огромное теоретическое и практическое значение. На основе его учения современная медицина добилась больших результатов в изучении целого ряда заболеваний, а также в разработке эффективных мер борьбы против них. За исследования по иммунитету Мечникову (совместно с Зрлихом) в 1908 году была присуждена Нобелевская премия. Великому русскому ученому пришлось выдержать упорную и длительную борьбу (в продолжение более 25 лет) с противниками фагоцитарной теории, прежде всего, с немецкими учеными -(Баумгартеном, Дилером, Вейгертом, Флюте, Берингом, Пфеффером и др.). Продолжая работать в области патологии, Мечников занимался, главным образом, вопросами бактериологии и эпидемиологии инфекционных болезней. Его классические, оригинальные работы о сифилисе, брюшном тифе, азиатской холере, детской холере, туберкулезе и других болезнях, сыграли огромную роль в развитии медицинской науки, послужили мощным толчком к разработке вопросов профилактики и лечения этих болезней. Мечников был организатором первой в России бактериологической станции. Все современные предупредительные прививки против кишечных инфекций — холеры, брюшного тифа, дизентерии — в известной мере исходят из учения Мечникова и его школы.
И. И. Мечникову принадлежит также идея о наличии антагонизма и борьбы между различными видами микробов и об испольэоваши этого, так называемого микробного, антагонизма для борьбы против болезнетворных видов микробов. За последние годы эта идея получила большое распространение в виде так называемых антагонистических бактерицидных препаратов: пенициллина, грамицидина, тиротрицина и других.
Мечников относится к числу тех ученых, которые, по характеристике товарища Сталина, умели ломать старое и создавать новое, несмотря ни на какие препятствия, вопреки всему. Он был великим и смелым новатором в науке. Он не признавал никаких фетишей, не боялся поднять руку на отжившие, старые идеи в науке, с какими бы научными авторитетами они не были связаны. Исходя из опыта, практики, он прокладывал новые пути в науке. Во многом опередив своих современников, он создал теории и направления, перспективность и глубина которых полностью выявляются лишь в наши дни. Современное поколение ученых черпает в научном наследии Мечникова богатые идеи для новых исследований. В его трудах, прославивших отечественную науку, нашли свое выражение духовная мощь русского народа, богатство и величие русской культуры. Великие ученые И. М. Сеченов и И. П. Павлов называли Мечникова гордостью русской науки.
Важнейшим стимулом всей деятельности Мечникова была любовь к своему народу, вера в его творческие силы. Великий ученый непоколебимо верил в неиссякаемые творческие силы русского народа, в его великое будущее и был убежден в том, что русский народ завоюет славу в науке, литературе, искусстве и через века пронесет знамя культуры и свободы. Мечников боролся за развитие русской науки, за возвеличение своего народа, за укрепление славы своей родины.
Своими научными трудами и борьбой за развитие и процветание русской науки Илья Ильич Мечников внес большой вклад в дело прогрессивного развития России. Он нередко говорил, что не вмешивается в политику, ошибочно полагая, что только наука является решающей силой для устранения социального зла и несправедливости. Но его борьба за науку перерастала в борьбу против самодержавия, которое ом считал злейшим врагом русского народа и прогресса родины. Он клеймил правительство за то, что оно создавало в России «особенные условия, благоприятствующие всему, что враждебно науке и культуре», травило подлинных ученых, изгоняло их из университетов, а на их место ставило невежественных, но политически благонадежных чиновников. «...В России на кафедрах,— писал Мечников,— хорошие чиновники предпочтительнее самых выдающихся ученых...»
Будучи убежденным, что «не за горами то время, когда научная деятельность... расцветет в России», он призывал русскую интеллигенцию преодолевать все препятствия и двигать вперед науку.
С большой заботой и вниманием выращивал Мечников молодых ученых. Его учениками являются такие выдающиеся русские бактериологи и иммунологи, как Заболотный, Тарасевич, Диатропов, Безредка, Бардах, Чистович, Савченко, Клодницкий, Омелянский и многие другие.
Прогрессивный ученый, Мечников протестовал против преследований революционно настроенного студенчества, проводимых царским правительством и администрацией университетов.
За выступления против мракобесия и реакции царское правительство и реакционные круги русского общества считали Мечникова «политически неблагонадежным», агитатором против самодержавия и всячески травили великого естествоиспытателя. Затравленный Мечников вынужден был эмигрировать из России, разделив участь многих русских ученых того времени, вынужденных жить и работать за пределами родины.
По приглашению Луи Пастера Мечников поселился во Франции, приняв на себя заведывание одним из отделов Пастеровского института. И тогда, когда Мечников жил за пределами родины, его влияние на русскую науку было огромным. В Пастеровском институте под его руководством обучались сотни русских ученых и врачей. Среди учеников Мечникова в Париже была и первая русская женщина-бактериолог, ставшая профессором - Циклинская.
Пройдя школу Мечникова, эти люди впоследствии были профессорами русских университетов и воспитателями современного поколения советских медиков. Работая в Париже, Мечников являлся главой и вдохновителем русской школы микробиологов и иммунологов.
Изгнанный из России самодержавием, находясь за пределами родной страны, Мечников оставался русским. Когда в 1908 году в связи с присуждением премии Нобелевский комитет запросил у Мечникова, является ли он русским или французом, Илья Ильич с гордостью ответил, что он всегда был и продолжает быть русским. Мечников оставался русским по всему складу своего характера, по неугасаемой любви к своей родине, к своему народу. «Я люблю Россию, заочно страдаю с нею»,— говорил он корреспонденту русской газеты. На протяжении всего времени пребывания за границей Мечников горячо интересовался жизнью в России, внимательно следил за развитием русской науки и политической борьбы и возмущался реакционной политикой самодержавия, тормозившей развитие родной страны. В материалах И. И. Мечникова, переданных из Парижа в Академию наук СССР, сохранилось множество вырезок из русских газет о различных сторонах общественной жизни в России. С большой радостью Мечников встречал приезжавших к нему русских людей. Он подробно расспрашивал их о жизни на родине. Приезжавшим из России политическим эмигрантам Мечников оказывал всяческое содействие.
В Центральном историческом архиве имеется дело, заведенное в 1894 году 3-м отделением департамента полиции «О деятельности бывшего профессора Новороссийского университета И. И. Мечникова», в котором он обвинялся в сношениях с политическими эмигрантами и русскими революционными деятелями, в частности с бежавшим из ссылки народовольцем Е. Е. Лазаревым. Кроме того, Мечников обвинялся в том, что он являлся одним из организаторов в Париже «Отделения Лондонского революционного фонда для снабжения денежными средствами эмигрантов».
За время своей жизни за границей Мечников три раза пoceтил Россию. В 1897 году он приезжал в Москву на международный съезд врачей. В 1909 году, после получения Нобелевской премии, он посетил Петербург, Москву и заезжал в Ясную Поляну к Л. Н. Толстому, в 1911 году он приезжал в родную страну в качестве руководителя научной экспедиции.
Прогрессивная русская общественности тепло встречала И. И. Мечникова. Особенно горячий прием был устроен ему в 1909 году. Торжественные собрания научных обществ, состоявшиеся в честь его приезда, превратились в мощные демонстрации русской интеллигенции. И. П. Павлов, открывая торжественное собрание медицинских и биологических обществ г. Петербурга, заявил: «...Мы не можем не гордиться тем, что Илья Ильич Мечников по рождению принадлежит России. И приезд его к нам вполне своевременен. После пережитых внешних и внутренних поражений русской интеллигенции нужна вера в себя, в свои силы. И эту веру она может почерпнуть в сознании, что в лице Ильи Ильича нашла всемирное признание мощь и сила русского ума, спокойного, глубокого и объективного» (1).
Умер И. И. Мечников 16 июля 1916 года, не дожив до Великой Октябрьской социалистической революции, которая открыла народам России путь к свободной, счастливой жизни, к расцвету науки, о чем мечтал И. И. Мечников.
Великий русский писатель А. М. Горький, высоко ценивший Мечникова как прогрессивного ученого, в июле 1916 года писал К. А. Тимирязеву: «...убедительно прошу вас написать о Мечникове! Очень прошу! Именно Вы и только Вы можете с долженствующей простотой и силой рассказать русской публике о том, как много потеряла она в лице этого человека...»
Советские люди и все прогрессивное человечество глубоко чтут память великого русского ученого — И. И. Мечникова, бережно хранят и развивают его научное наследие.
Философской основой всей научной деятельности Мечникова был материализм. Все разновидности идеалистической философии, религиозные предрассудки и суеверия Мечников рассматривал как явно несостоятельные, антинаучные и вредные для общественного развития.
Великий ученый исходил из признания материальности и вечности мира. Он не сомневался в первичности материи и вторичности сознания. Сознание, указывал Мечников,— свойство высокоорганизованной материи — человеческого мозга.
Материальный мир и его законы, по Мечникову, познаваемы. Научное познание отражает законы материального мира и дает объективную истину. Непоколебимая вера в силу науки, то есть в силу человеческого познания,— одна из характернейших черт мировоззрения Мечникова. Указывая на ряд вопросов, еще не решенных медициной, он писал: «Но убеждение в том, что медицинская наука на верном пути и что со временем большинство указанных задач будет разрешено к благу человечества, должно поддерживать надежду на конечную победу» (2).
Мечников был сознательным и убежденным материалистом и стихийным диалектиком. Диалектический подход Мечникова к явлениям природы выражается, прежде всего, в его историческом, сравнительно-биологическом методе, сущность которого состоит в том, что основные элементы процессов, происходящих у высших организмов, он изучал путем выяснения их проявления и усложнения на различных этапах эволюционной лестницы.
---------------------------------------------
1. Сборник, посвященный И. И. Мечникову в память пребывания его в Петербурге 16—26 мая 1909 г., стр. 83. СПБ. 1909.
2. И. И. Мечников. Этюды о природе человека, стр. 167. Изд. 7-с.
---------------------------------------------
Стихийная диалектика во взглядах Мечникова ярко обнаруживается и в его стремлении рассматривать явления органического мира в их взаимной связи и обусловленности. Мечников считал, что понять строение тела и жизнедеятельность организмов можно только рассматривая их в связи с условиями окружающей среды, в которой они развиваются, в связи с условиями их существования. Об этом свидетельствуют его целеустремленные и кропотливые исследования связей и единства происхождения позвоночных и беспозвоночных, равно как и обоснование связей и единства происхождения полостных и бесполостных животных. Своими научными, в частности эмбриологическими исследованиями, Мечников много сделал для доказательства единства в строении, в физиологических функциях и, особенно, в эмбриологическом развитии различных видов животных. Все организмы, в том числе и человеческий организм, он рассматривал в постоянном развитии. «Организм животного не есть нечто прочное, данное раз навсегда,— писал Мечников,— но, напротив, нечто весьма изменчивое... Раз же организм изменчив, то и то, что «свойственно» ему, также непостоянно» (1).
Историю развития органического мира он рассматривал как историю развития от простого к сложному, как процесс поступательный. Этот диалектический подход проявлял Мечников в своих работах, посвященных зоологии, эмбриологии и медицине.

Борьба Мечникова против идеализма и метафизики в биологии

Велика роль Мечникова в борьбе за научную материалистическую биологию, основы которой заложил Ч. Дарвин. И. И. Мечников был одним из передовых борцов за дарвинизм.
Известно, что теория Дарвина нанесла сокрушительный удар по религии, телеологии и философскому идеализму. Дарвин доказал несостоятельность взглядов, господствовавших в науке на протяжении многих столетий о божественном творении животных и растений, о вечности и неизменности их. Теория Дарвина опровергла один из основных доводов, выдвигаемых представителями религиозно-идеалистических взглядов против научного материалистического мировоззрения,— наличие целесообразности в строении и функциях животных и растительных организмов. Дарвин дал научное объяснение целесообразности в живой природе.. Он доказал, что целесообразность в строении всех живых существ имеет не божественное происхождение, а является результатом естественного и искусственного отбора.
----------------------------------------
1. И. И. Мечников Сорок лет искания рационального мировоззрения, стр. 224. 1913.
----------------------------------------
Эволюционная теория Дарвина явилась крупнейшим достижением естествознания. Это было первое научное доказательство эволюции и материалистическое объяснение целесообразности в органическом мире.
Несмотря на ошибки Дарвина, главной из которых было некритическое заимствование и использование им в своей теории реакционных идей английского экономиста Мальтуса, научное опровержение Дарвином метафизических и идеалистических взглядов на природу явилось крупнейшим событием в развитии биологии. По существу, это была революция, разрушение старых, реакционных религиозно-идеалистических взглядов на природу и создание нового, материалистического понимания органического мира.
Маркс, Энгельс, Ленин и Сталин, отмечая ошибки Дарвина, вместе с тем высоко оценили значение его теории, ее материалистические основы и вытекающий из них исторический подход к органическому миру.
Все реакционные силы общества встретили учение Дарвина в штыки. Особенно усилилась борьба против материалистических основ дарвинизма в последарвиновский период с приближением и наступлением эпохи империализма. Дарвин и его теория подверглись бешеным нападкам со стороны попов, клерикалов, ученых мракобесов и всех других лакеев реакционных классов. Реакционные биологи делали все, чтобы выхолостить из дарвинизма его материалистические основы. Одна за другой создавались идеалистические антидарвиновские лженаучные «теории», чтобы заменить дарвинизм, опровергнуть его. Наиболее ярким идеалистическим и метафизическим опошлением дарвинизма явился вейсманизм, ставший основой современной реакционной менделевеко-морганистской генетики. Вейсманизм, или неодарвинизм, явился наиболее ярким выражением реакции в биологической науке. Все его положения направлены против материалистической сущности теории развития Дарвина. Вейсманизм снабжает поповщину «научными» аргументами, защищает религиозное мировоззрение.
Прогрессивные биологи как русские, так и зарубежные увидели в дарвинизме единственно научную теорию развития органического мира и активно выступили в его защиту. Великие русские биологи И. М. Сеченов, В. О. Ковалевский, А. О. Ковалевский, И. И. Мечников, И. П. Павлов и в особенности К. А. Тимирязев и И. В. Мичурин со всей присущей истинным ученым страстью отстаивали и развивали дарвинизм.
Еще в юности, познакомившись с теорией Дарвина, Мечников увидел ее революционное содержание и стал одним из ревностных ее приверженцев. Своей научной и литературной деятельностью великий ученый много сделал для обоснования, развития и популяризации материалистической основы теории Дарвина. В этой теории Мечников высоко ценил доказательство самого факта эволюции и материалистическое объяснение органической целесообразности на основе естественного отбора. Он правильно понимал, что отличительной особенностью дарвиновской теории эволюции от всякой другой теории эволюции является учение о творческой роли естественного и искусственного отбора.
Мечников правильно указывал на величайшее значение эволюционной теории Дарвина для всех биологических наук. Высоко оценивая учение Дарвина, он вместе с тем относился к нему критически. Исходя из сущности теории Дарвина, он пытался преодолеть ошибки и недостатки дарвиновской эволюционной теории. Главным недостатком дарвиновского учения Мечников считал мальтузианство — признание перенаселенности в органическом мире и вытекающую из нее борьбу за существование основой естественного отбора. Мечников показывает, что нельзя рассматривать плодовитость организмов как основную причину борьбы за существование и базу естественного отбора, ибо сама плодовитость организмов является результатом естественного отбора, важнейшим приспособлением, которое выработалось в процессе развития животных и растений.
Еще в своей юношеской рецензии на книгу Дарвина «Происхождение видов» Мечников указывал, что «стремление к быстрому размножению является следствием борьбы за существование, а не причиною ее, ка« полагает автор разбираемой нами книги» (1).
В произведениях зрелого возраста Мечников также неоднократно подчеркивал, что усиленное размножение является «только частным возбудителем борьбы, а при нынешних сложных условиях органической жизни это явление само, в большинстве случаев, служит орудием в борьбе за существование». При этом Мечников указывает, что «понятие перенаселения в высшей степени условно», оно «имеет в значительной степени субъективный характер».
Критикуя положение Дарвина о перенаселенности организмов, как главном источнике видообразования, Мечников указывал, что в таком случае «ограниченные пространства должны прежде всего в сильной степени благоприятствовать перенаселению (что мы и видим в действительности), а перенаселение должно возбуждать образование новых признаков и распадение старых видов на новые» (2). Но, как показывают наблюдения, этого нет. Мечников приводит примеры из жизни прес-
----------------------------------------------
1. И. И. Мечников. Избранные биологические произведения, стр. 667. Изд. АН СССР. 1950.
2. И. И. Мечников. О дарвинизме, стр. 121. Изд. АН СССР. 1943 г.
----------------------------------------------
новодных растений, которые обитают в замкнутых небольших водоемах, а также из жизни населения океанических, то есть значительно изолированных островов, где, несмотря на ограниченность пространства и интенсивность размножения, перенаселение не ведет к образованию новых видов, но, наоборот, число растительных и животных видов здесь невелико, и они с давних времен существуют почти в неизменном состоянии.
Признавая усиленное размножение организмов и обусловленную им борьбу за существование основой естественного отбора, Дарвин пришел к выводу, что борьба за существование совершается с тем большей силой, чем больше сходны между собой организмы по своей организации. Мечников совершенно правильно указывал на ошибочность положения Дарвина о внутривидовой борьбе как главном источнике видообразования. «Это мнение,— писал Мечников,— совершенно несправедливо: во-первых, потому что и пища (организмы).., размножается в такой же точно степени, как и употребляющие ее организмы, которые сами, в свою очередь, служат пищею другим существам. Во-вторых, это мнение несправедливо еще и потому, что, как всякому известно, общие опасности и препятствия не возбуждают борьбы между неделимыми подверженными этим бедствиям, а, напротив, заставляют их соединиться вместе, в одно общество, для того чтобы совокупными, более надежными силами дать отпор представившимся препятствиям» (1).
Мечников утверждал, что важнейшую роль в видообразовании играет не внутривидовая, а межвидовая борьба. А что касается внутривидовой борьбы, то «мне даже кажется, — писал он, — что сходство организации известных существ обусловливает отсутствие между ними борьбы». Мечников указывал, что нельзя искать причину борьбы за существование только в перенаселенности организмов, «стимулы, вызывающие борьбу за существование, сложны и разнообразны во всем органическом мире».
Великий ученый правильно указывал, что Дарвин чрезмерно преувеличивал значение борьбы за существование в развитии видов, считая ее источником изменения видов. «Есть виды, — писал Мечников, — признаки которых фиксировались помимо борьбы за существование, и, с другой стороны, что последняя не необходимо ведет к образованию форменных признаков, составляющих видовые отличия. В виду этого, на изменчивость или постоянство вида вовсе не следует смотреть как на указатель степени и силы борьбы за существование» (3).
---------------------------------------------
1. И. И. Мечников. Избранные биологические произведения, стр. 668.
2. Там же.
3. И. И. Мечников. Сорок лет искания рационального мировоззрения, стр. 131.
----------------------------------------------
Мечников правильно указывал, что ошибки Дарвина вытекают из недооценки им влияния внешних условий на растительные и животные организмы. Замечания Мечникова об ошибках Дарвина представляют исключительный интерес и свете современных достижений мичуринской биологии.
Мичуринская биология доказала, что никакого перенаселения в природе нет и что источником видообразования является не придуманная буржуазными идеологами внутривидовая борьба, вытекающая из перенаселенности, а условия существования организмов. Продолжатель учения Мичурина академик Т. Д. Лысенко доказал, что в природе не существует внутривидовой борьбы, а есть только межвидовая борьба и борьба организмов с внешними условиями.
Критика Мечниковым недостатков Дарвина своим острием направлена против реакционных идей вейсманистов, которые, как известно, развивали ошибочные положения дарвиновского учения, отбросив его материалистическую основу.
Критикуя идеалистические и метафизические ошибки Дарвина, Мечников вместе с тем, в борьбе против биологов-вейсманистов, отстаивал и развивал материалистическое ядро эволюционной теории. Он много сделал для обоснования, защиты и творческого развития материалистической эволюционной теории. Его эмбриологические исследования явились блестящим развитием материалистических основ дарвинизма.
Как известно, в 60-е годы прошлого столетия, несмотря на существование дарвинизма, в сравнительной эмбриологии и сравнительной анатомии продолжали безраздельно господствовать идеалистические и метафизические положения Кювье о том, что типы животных — позвоночные, мягкотелые, членистоногие и т. д.— не связаны друг с другом. Биологи считали, что каждый тип представляет собой абсолютно замкнутое целое, и приходили к выводу, что нет никакой связи между анатомическим строением и историческим развитием представителей этих различных типов животных. В науке царила уверенность в том, что невозможно переносить закономерности развития, установленные на одном типе животных, на другие типы. Активным защитником этих взглядов был немецкий биолог Вейсман. В 1864 году он выступил на съезде немецких естествоиспытателей с докладом о своих исследованиях по вопросу развития комаров и мух. Ссылаясь на данные этих исследований, Вейсман «доказывал», что насекомые развиваются по совершенно своеобразному пути, не имеющему ничего общего с развитием других типов животных, и что, следовательно, между развитием членистоногих и развитием позвоночных никогда не было и не может быть ничего общего, никакой исторической связи. «Выводы Вейсмана, — писал Мечников, — являлись, таким образом, новой опорой мнению, которое в те времена было общепринято, что каждый тип животных — позвоночные, мягкотелые, суставчатоногие и пр. — представляют особое, строго замкнутое целое и что поэтому нет никакой возможности проводить параллель между анатомическим устройством и историей развития представителей этих различных типов» (1).
Следовательно, для выяснения происхождения и общности эволюции животных, для углубления теории Дарвина необходимо было доказать общность эмбрионального развития позвоночных и беспозвоночных животных. За выяснение этой задачи и взялся И. И. Мечников вместе с А. О. Ковалевским. Он занялся изучением эмбрионального развития низших животных. На протяжении ряда лет эти исследования были основным содержанием его деятельности. Он изучал зародышевые листки низших животных и процесс их превращения в определенные органы.
Своими исследованиями Мечников установил наличие зародышевых листков у беспозвоночных животных: моллюсков, скорпионов и насекомых. Через год после выступления Вейсмана на съезде в 1865 году Мечников опубликовал ряд работ по сравнительной эмбриологии низших животных. В 1866 году он издал работы по эмбриологии насекомых и медуз. В следующем году он открыл зародышевые листки у головоногих, а несколько позднее, исследуя скорпионов и насекомых, пришел к выводу, что теорию зародышевых листков вполне возможно распространить и на членистоногих.
Эти исследования Мечникова вместе с исследованиями А. О. Ковалевского нанесли смертельный удар вейсманизму, они окончательно опровергли учение Вейсмана об отсутствии зародышевых листков у беспозвоночных и доказали, что развитие беспозвоночных происходит по такому же плану, как и развитие позвоночных, что существует, следовательно, общность и единство между всеми живыми существами.
Таким образом, работы Мечникова имели чрезвычайно большое значение для установления общего для всех животных закона развития, для разрешения одной из важнейших проблем эмбриологии и морфологии.
Решив проблему общности эмбрионального развития позвоночных и беспозвоночных животных — проблему эмбриональных листков, Мечников поставил перед собой задачу разрешить другую не менее важную проблему, имеющую большое значение для доказательства единства животного мира,— происхождение полости животных. Важность решения этой проблемы состояла в том, что у низших животных (губок, медуз и др.), в отличие от высших животных, нет обособ-
-----------------------------------------
1. И. И. Мечников. Страницы воспоминаний, стр. 22. Изд. АН СССР. 1946
-----------------------------------------
ленной полости тела и в связи с этим возникал вопрос, не являются ли эти морфологические различия результатом различного, двойственного происхождения высших и низших животных организмов, не следует ли из этого заключить о двойственном происхождении полостных и бесполостных животных.
Исследуя иглокожих, медуз, ктенофор и других животных, Мечников окончательно доказал общность и единство происхождения полостных и бесполостных животных, установил их генетическую связь.
Работы Мечникова по эмбриологии губок, кишечнополостных, нематод, членистоногих, иглокожих и кишечно-дышащих сыграли огромную роль в деле развития материалистических основ дарвинизма.
Мечников разоблачал вейсманистов также по вопросу понимания борьбы за существование в органическом мире. В отличие от Дарвина, который хотя и считал главной формой борьбы за существование внутривидовую, но придавал также большое значение межвидовой борьбе и борьбе с внешними климатическими условиями,— вейсманисты признавали только внутривидовую борьбу. «Они выделили,— писал Мечников,— из всей суммы явлений борьбы за существование, процесс соперничества между наиболее родственными организмами», то есть сузили и тем самым извратили сущность и значение дарвиновского понятия борьбы за существование. «Некоторые,— писал Мечников,— как, например, Зейдлиц... предлагают вовсе уничтожить термин «борьба за существование» и хотят заменить его более частным и определенным термином: «конкуренция с себе подобными» (1).
Мечников резко выступал против сведения борьбы за существование только к конкуренции организмов с себе подобными, то есть внутривидовой борьбе, и отстаивал широкое понимание этого закона. Дарвин, указывал Мечников, включает в это понятие и такие явления, как, например, противодействие засухе со стороны растения, прозябающего на краю пустыни, попытки растения прорасти из семени, заброшенного в зараженное другими растениями место, или, например, соперничество омелы с другими ягодными растениями, соперничество из-за перенесения ягод птицами и т. п.
В борьбе за материализм в биологии Мечников уделял большое внимание защите учения Дарвина о естественном отборе. В своих трудах он подверг критике Вейсмана, Негели, Келликера, Майворта и других антидарвинистов, которые, отрывая организмы от внешней среды, отрицая ее решающую роль в развитии живых существ, подменили учение Дарвина о естественном отборе мистическим утверждением, что развитие организмов происходит якобы вследствие внутреннего
------------------------------------------
1. И. И. Мечников. Сорок лет искания рационального мировоззрения, стр. 123.
------------------------------------------
стремления организмов к усложнению и совершенствованию.
Резкое осуждение Мечникова встретила вейсманистская идеалистическая теория наследственности, с точки зрения которой носителем наследственности в организме является бессмертная и неизменная зародышевая плазма, не зависимая от тела организма и влияния внешних условий на организм. Критикуя вейсманистские взгляды, Мечников указывал, что эта концепция наследственности научно не состоятельна, что она наблюдением не подтверждается.
В вопросах роли внешней среды в развитии организмов и в наследовании приобретенных признаков Мечников также близок к мичуринской биологии. Подвергая критике концепцию вейсманизма, Мечников одобрительно относился к положению Ламарка об активной роли внешней среды в развитии организмов и наследовании приобретенных свойств. На примерах из микробиологии Мечников доказывал решающую роль внешних условий в эволюционном процессе, возможность изменения наследственной основы организма под влиянием внешней среды и возможность наследования приобретенных признаков. «Известно также, — писал Мечников, — что путем наследственности могут быть передаваемы не только прирожденные свойства, но и приобретенные...» (1).
Даже тогда, когда идея вейсманизма о невозможности наследования приобретенных признаков стала господствующей в биологии, Мечников доказывал, ссылаясь на данные микробиологии, в области которой он стал работать с начала 80-х годов XIX в., что возможны изменения наследственной основы и передача по наследству приобретенных признаков. «Не следует упускать из виду, — писал И. И. Мечников, — что микробиология, имеющая дело с самыми простыми организмами, дала ценные сведения для изучения эволюции видов. ...Именно в области микробиологии была доказана возможность изменения характера бактерий путем изменения внешних условий, причем можно добиться стойких изменений, передаваемых по наследству» (2).
В работах Мечникова встречаются глубокие догадки по вопросу изменения наследственной основы организма. Мечников выдвинул очень важное допущение о том, что функциональные, физиологические изменения в организме предшествуют морфологическим изменениям. Это положение Мечникова проливает свет на процесс изменения наследственных свойств организма. Неоднократное требование Мечникова учитывать физиологические изменения, происходящие в данном животном и растительном организме, свидетельствуют о том, что мысли Мечникова были направлены в правильную сторону. Мечников подходил к пониманию того, что возникновение новых видов про-
--------------------------------------------
1. И. И. Мечников. О дарвинизме, стр. 72.
2. Там же, стр. 226—227.
--------------------------------------------
исходит под влиянием изменения внешних условий, нарушения процесса обмена веществ, свойственного данному организму. Высказывания Мечникова по вопросам биологии, критика ошибок Дарвина и борьба против вейсманизма характеризуют его как творческого дарвиниста, предшественника мичуринской биологии. Вместе с И. М. Сеченовым, В. О. и А. О. Ковалевскими, К. А. Тимирязевым и другими передовыми русскими биологами И. И. Мечников подготавливал необходимые научно-теоретические предпосылки для возникновения и победы мичуринской биологии в нашей стране.
Советский творческий дарвинизм, основателем которого явился И. В. Мичурин, воплотил в себе лучшие достижения русской биологической науки конца XIX и начала XX столетия, в том числе и прогрессивные идеи И. И. Мечникова.
С позиций дарвинизма Мечников подошел к вопросам медицины. Он многое сделал для перестройки медицинских наук на основе материалистической эволюционной теории.
До Мечникова в патологии господствовали антидарвинистские, метафизические и идеалистические теории. Наибольшее распространение имела теория немецкого патолога Р. Вирхова, расчленяющая организм на составляющие его клетки, сами же клетки рассматривались Вирховым как самостоятельные и независимые друг от друга живые существа. По Вирхову, организм является простой суммой клеток. С точки зрения его теории, все патологические процессы в организме строго локализованы, связаны только с определенными тканями или клетками организма. Рассматривая организм как сумму клеток, Вирхов отрицал значение организма как целого в борьбе с инфекциями и другими болезнетворными явлениями. Мечников, в противоположность вирховианской теории, рассматривал организм как единое целое, где все клетки и органы связаны друг с другом. В своих тетрадях за 1868 год Мечников писал: «Так как в человеческом теле все органы связаны в одно общее целое, то и работа этих органов должна быть связана и цельна».
В противоположность Вирхову, который был злейшим врагом дарвинизма, Мечников, являясь дарвинистом, применил сравнительно-биологический исторический метод изучения патологических процессов и показал, что патологические процессы, точно так же как и физиологические, протекают на основе законов эволюционной теории, согласно которой в процессе развития организмов естественный отбор вырабатывает в них приспособительные и защитные функции.
Мечников поставил вопрос о необходимости при изучении различных патологических явлений в организмах исходить из того, что организмы обладают способностью вести борьбу с болезнетворным началом. При этом способность эта обусловлена не какими-то нематериальными, божественными силами, а выработана в процессе естественного и искусственного отбора. Благодаря этому, организмы могут существовать в среде, населенной вредными для них микробами.
Обосновывая свою фагоцитарную теорию, согласно которой врганизмы обладают функциями для защиты от болезнетворных начал, Мечников категорически возражал против понимания фагоцитарной реакции как предназначенной какой-то божественной силой. Он указывал, что «в фагоцитозе не существует никакого предназначения», что фагоцитарная реакция организма вполне согласуется с законом причинности и с принципами эволюции живых существ по теории Дарвина. Фагоцитарная теория, указывал Мечников, основана на законе эволюции, по которой свойства, полезные организму, сохраняются естественным отбором, тогда как вредные постепенно уничтожаются.
В своем учении о воспалении Мечников в противоположность Вирхову и его последователям, которые считали, что воспаление является вредной для жизни организма реакцией на внешние болезнетворные агенты, показал, что воспаление есть реакция приспособительная, направленная на нейтрализацию попавших в организм вредных веществ и уничтожение их. Вирхов и его последователи связывали невосприимчивость живых существ к инфекционным болезням с отдельными клетками, каждая из которых рассматривалась, как самостоятельная единица, обладающая иммунитетом. Теория иммунитета, созданная Мечниковым, исходит из признания организма как единого целого. Фагоцитарная реакция, по Мечникову, является целостной реакцией организма, и невосприимчивость зависит от состояния организма в целом, от его фагоцитарной способности. А местный иммунитет есть лишь проявление общей невосприимчивости.
Несмотря на то, что в период создания Мечниковым теорий воспаления и иммунитета роль нервной системы в жизни организма еще не была выяснена, Мечников указывал на важную роль нервной системы в явлениях воспаления и иммунитета высших животных и критиковал господствующие в медицине теории, которые не принимали в расчет роли нервной системы в иммунологических процессах.
Труды Мечникова по вопросам патологии и иммунологии имели большое значение в борьбе с господствовавшими в медицине метафизическими и идеалистическими взглядами и оказали сильное влияние на дальнейшее развитие медицинских наук. Эти труды вместе с трудами И. М. Сеченова, И. П. Павлова и других русских ученых составляют фундамент, на котором строится современная медицина, в частности, иммунология.
Научное наследие И. И. Мечникова составляет важный этап в истории борьбы за материализм в биологии и медицине.

Борьба Мечникова против философского мракобесия

Конец XIX и начало XX столетия в области буржуазной философии характеризуется нарастанием философского мракобесия. Напуганные ростом сознательности и революционных настроений пролетариата, реакционные круги буржуазии бросились в объятия мистицизма. В эпоху империализма мистицизм охватывает не только буржуазную философию, литературу и искусство, но проникает и в науку. В это время возникают мистические общества для «психологических изысканий», которые ставят своей задачей внедрение мистицизма в науку. В эпоху империализма буржуазные философы открыто стали на путь пропаганды мистицизма и религии.
В России, как и в других странах, в этот период усилилась пропаганда мистики. Книжный рынок все больше наводнялся идеалистическими произведениями, в частности, переводами работ немецких, французских, английских и американских философов-мракобесов: Ницше, Гартмана, Бергсона, Джемса и других. Некоторые ученые перешли на позиции идеализма и стали доказывать возможность примирения науки с религией.
И. И. Мечников вместе с великими русскими учеными К. А. Тимирязевым, И. М. Сеченовым и другими передовыми учеными выступал против философской реакции. Мечников рассматривал идеалистическое мировоззрение, как антинаучное, реакционное, тормозящее прогрессивное развитие человечества. Он призывал всех сторонников человеческого прогресса вести борьбу против идеалистического мировоззрения, в какой бы форме оно ни выступало, и резко бичевал тех, кто пытался «умалить значение науки ради торжества религиозных и метафизических (то есть идеалистических. — Д. О.) построений».
Идеалистические философские учения Мечников характеризовал, как разновидность религиозных учений. Он подчеркивал, что все идеалистические философские системы тесно связаны с религиозными учениями. Рассматривая историю идеалистической философии, Мечников указывал на ее неразрывную связь с религией и ее служебную роль по отношению к религии. Эта служебная роль, по мнению Мечникова, выражается в тем, что идеалистическая философия всегда стремилась обосновать и оправдать религию.
«Философия,— пишет Мечников,— в течение веков тонула в волнах религиозных чувств и идей, и пришлось возобновлять Сизифову работу для освобождения человеческого разума... В течение долгого времени философские системы изощрялись оправдать религиозные догматы отвлеченными аргументами, не прибегая к божественному откровению. При этом боги заменялись «субстанцией» или «субстанциями», а для решения тревожного и вечного вопроса смерти старались доказать бессмертие души» (1).
Мечников указывал, что вначале идеалистическая философия принимала все главные религиозные догматы, как неоспоримые начала, в том числе и утверждение религии о бессмертии души. Но по мере своего развития она принимала все более утонченный вид. «Все философские системы,— пишет Мечников,— без труда покинули веру в будущую жизнь и личное бессмертие. Но они восприняли пантеистическую идею и допустили некое общее начало, которое должно поглотить индивидуальные сознания. Мнения относительно свойства этого начала разделились. Одни называют его идеей, другие — волей, силою или вечной силой» (2).
Таким образом, по Мечникову, различие между современным философским идеализмом и религией только в том, что в отличие от религии, утверждающей существование бога, творца мира, и признающей личное бессмертие, загробную жизнь, идеализм признает основой мира идею, дух, волю и проч.
В своих работах великий русский ученый разоблачал попытки идеалистической философии обосновать религию, мистицизм и мракобесие. С особой силой обрушивался он на религиозно-философскую разновидность идеализма — мистицизм. Рассматривая современные ему модные религиозно-идеалистические учения (прагматизм, интуитивизм, космизм и др.), Мечников вскрывал антинаучную, реакционную сущность мистицизма и идеализма вообще. Он подчеркивал узко практический, деляческий характер прагматизма, отказ его от решения общих вопросов бытия, отрицание им теории, науки, объективной истины. Он указывал, что, исходя из узко практических целей, прагматизм стремится обосновать мистицизм. Оценивая прагматизм в целом, Мечников приходил к выводу, что прагматизм является религиозным учением.
Большое внимание уделял Мечников разоблачению идеалистического учения французского философа Бергсона — интуитивизма. Это внимание определяется, по словам Мечникова, тем, что интуитивизм имел в свое время большее распространение, чем другие философские учения. И. И. Мечников указывал, что философия интуитивизма является антинаучной, как и все другие разновидности идеализма. Вскрывая мистический характер этой философии, Мечников подверг решительной критике утверждение интуитивистов о достоверности иррационального познания при помощи таинственной мистической интуиции. Он показал антинаучность объяснения интуиции Бергсоном и его последователями как инстинктивного познания и дал
---------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека. Предисловие к III русскому изданию, стр 133.
2. Там же, стр. 149.
---------------------------------------
научное, материалистическое понимание интуиции: зависимость ее от материи, от опыта и приобретенных ранее знаний. Со всей убедительностью великий русский ученый доказывал несостоятельность интуитивного, иррационального познания, которое интуитивисты признают за единственно действительный род познания. На конкретных фактах он показал порочность интуитивного познания и невозможность пользоваться им, как методом для достижения истины.
Мечников остро бичевал философствующих мистиков, которые утверждали наличие у человека космического чувства, космического инстинкта, при помощи которого человек якобы проникает в сверхъестественный мир. Решительной критике подверг Мечников и взгляды немецкого философа Эйкена, который призывал отказаться от науки и погрузиться в мистицизм и пытался доказать возможность и пути познания божества человеком.
Касаясь других мистиков, Мечников остановился на немецком невропатологе Мебиусе, датском философе Гефдинге, бельгийском писателе Метерлинке, русском юристе Хвостове и других, которые пытались доказать, что человек должен стремиться к слиянию себя с божеством и проникнуть в сверхъестественный мир при помощи особенного, якобы заложенного в человеческой природе «космического чувства», и вскрывал реакционность их взглядов.
«Где же доказательство,— спрашивал Мечников мистиков, утверждающих наличие в человеке космического чувства, космического инстинкта, при помощи которого он якобы проникает в сверхъестественный мир,— где доказательство благотворного влияния космического инстинкта и сознания солидарности с мирозданием и «духом», который оживляет все сущее?.. Подобных инстинктов вовсе не существует. Они составляют плод воображения лиц, почему-либо не удовлетворяющихся положительным знанием» (1).
Борясь против идеалистического мракобесия, Мечников разоблачал и его основу — телеологию. Идеалисты на протяжении всей истории идеалистической философии стремились доказать, что в природе все целесообразно. Рассматривая природу как «предустановленную гармонию», они стремились доказать ее божественное происхождение. Так, например, Метерлинк, которого Мечников называл одним из главных поборников новейшего мистицизма, видел в природе предустановленную гармонию, а приспособление организмов к окружающей среде рассматривал как результат присущей организмам разумной цели, благодаря которой они приспосабливаются к жизни.
-------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека. Предисловие к III русскому изданию.
-------------------------------------
Мечников вскрывал ложность исходных позиций Метерлинка и других представителей мистицизма, лживость идеалистического учения о подчиненности всех явлений природы абсолютной целесообразности, являющейся якобы проявлением божественной деятельности. Он доказывал, что наблюдающаяся в органическом мире целесообразность в строении и жизнедеятельности животных и растительных организмов, в которой идеалисты видят проявление силы мирового разума, божественной силы, есть следствие приспособления их к условиям существования.
Мечников разоблачал утверждения Метерлинка и других идеалистов о наличии в природе предустановленной гармонии. Он указывал, что в природе не все целесообразно. Природа рождает множество существ, не приспособленных и не способных к жизни. Встречающаяся относительная целесообразность, относительная приспособленность органических существ к условиям существования не есть проявление какой-то разумной цели животных и растительных организмов, предначертанной божеством, а является результатом естественного отбора.
Вскрывая несостоятельность попыток идеалистов обосновать религию и мракобесие, Мечников указывал, что эти попытки не представляют собой ничего нового, «а только являются повторением мыслей, которые имеют длинную историю и которые не могли завоевать себе достаточного признания».
Единственно правильным мировоззрением, заявлял Мечников, является научное мировоззрение, отбрасывающее всякие идеалистические построения с их идеями, духом, космическим чувством и т. п., существующими «только в головах метафизиков, которые несмотря на вековые усилия не могут придумать ничего лучшего». Только наука способна вывести человечество на верный путь, только основанное на ней мировоззрение «способно привести человечество к возможно счастливому существованию»,— таков девиз Мечникова.
Нельзя не отметить выступления воинствующего материалиста И. И. Мечникова против спиритизма и телепатии, являющихся наиболее грубыми выражениями мистицизма.
Спиритизм, как грубо суеверное представление о возможности входить в общение с духами, вызывать духов и проч., а также телепатия, как представление о возможности мистического общения на расстоянии, имели во второй половине XIX и в начале XX столетия, а также имеют и теперь распространение среди реакционных кругов буржуазии, буржуазной интеллигенции и даже среди некоторой части ученых в Америке и Европе.
Мечников высмеивал сторонников мистицизма, которые утверждали, что явлениями спиритизма можно доказать существование нематериального, духовного мира, бытие божие и бессмертие души.
Борьба Мечникова против философского идеализма и мракобесия характеризует его как прогрессивного мыслителя, борца за материалистическое мировоззрение. В условиях, когда мутная волна идеализма охватывала все области буржуазной идеологии, великий ученый открыто и смело выступил против нарастающей реакции.
Мечников правильно указывал на реакционную сущность идеализма. Он правильно характеризовал идеалистическую философию, в какой бы форме она ни выступала, как попытку оправдать религию, как путь к мракобесию, а также правильно рассматривал философский идеализм, как утонченную форму религиозного мировоззрения.
Но критикуя идеализм как противоречащую науке теорию о природе, И. И. Мечников не вскрывал классовых корней и классовой роли идеализма. Он разоблачал идеализм как просветитель, но подняться до понимания классовой сущности и классовых корней идеализма он не мог.
Марксизм-ленинизм учит, что в классовом обществе философия всегда служит тому или иному классу. Философский идеализм всегда был и остается идеологией реакционных классов.
Борьба против идеализма необходима не только потому, что он дает неправильное представление о мире, враждебен научному мировоззрению, тормозит развитие науки, но и потому, что различные идеалистические течения служат идейным оружием, правда, заржавленным, но тем более ядовитым, в руках реакционных классов для угнетения народных масс.
Несмотря на недостаточность мечниковской критики философского идеализма и мистицизма, его обличительная критика антинаучности, реакционности попыток оправдать религию, его выступления против мистицизма и мракобесия не утратили своего значения и в настоящее время.
В наше время реакционность буржуазной идеалистической философии достигла высшего предела. В идеалистической философии черпает американская буржуазия «доводы» для «обоснования» своих агрессивных стремлений к мировому господству, для угнетения всех народов.
Наиболее влиятельным и распространенным течением в современной американской буржуазной философии является прагматизм. Он имеет хождение и в кругах английской буржуазии. Прагматисты отрицают существование объективной реальности, а такой матерый мракобес, как американский философ Дьюи, изобретатель «тысяча первого оттенка» идеализма — «инструментализма», даже слово «объект» требует выбросить из лексикона философии. Дьюи, как и Ульям Джемс, исходит из опыта, понимая опыт подобно Джемсу в субъективно идеалистическом смысле. Он утверждает, что научное мышление — не отражение бытия, а условный процесс, рабочая гипотеза, нужная для того, чтобы согласовать новый опыт со старыми убеждениями. Дьюи, как и Джемс, отождествляет истину с полезностью, с успехом. Называя новым «измом» философию Джемса, Джон Дьюи старается подчеркнуть положение прагматизма и всякого агностицизма о том, что никакая теория не дает людям знания объективной реальности, не содержит в себе объективной истины, что она есть лишь условный прием — инструмент. Представители современного прагматизма усиленно приспосабливают прагматизм для служения политическим целям реакционной буржуазии и прежде всего американо-английским империалистам.
С прагматизмом и интуитивизмом тесно связано модное в США и Англии течение буржуазной философии — неореализм, представителями которого в США являются Монтегю, Холт и другие, в Англии — Мур, Ритчи, Рассел и прочие идеологи реакционной буржуазии. Неореализм исходит из того, что предметы не существуют вне сознания, а всегда существуют вместе с ним. Предмет, с точки зрения неореализма,— «комплекс терминов», а истина — это полезное представление. Сущность мира, по утверждению неореалистов, открывается только «подсознательным», интуитивным, иррациональным путем.
Распространенное в США философское течение критического реализма, представителями которого выступают Сантаяна, Пратт и другие, также связано с прагматизмом и интуитивизмом. Интуитивизм пользуется широким признанием и в философии современной французской буржуазии.
При всем многообразии школ и течений современная буржуазная философия не содержит в себе сколько-нибудь новых философских идей. В основном современные буржуазные философские системы представляют собой перепев различных старых форм идеализма, причем им придается все более антинаучный и мистический характер.
Выступления буржуазных философов против материалистической философии становятся все более агрессивными, а идеализм, который проповедуют идеологи современной буржуазии и ее лакеи — правые социалисты — становится все более реакционным и мистифицированным. Все громче и громче звучит прямой призыв: от реального знания к вере, от науки к религии. Буржуазные философы открыто провозглашают свою враждебность к науке. Один из столпов так называемого критического реализма, Сантаяна, прямо заявляет: «Моя философия не является и не может быть научной».
Современные идеалистические философские системы со всей полнотой раскрывают маразм, зловонное гниение буржуазной культуры, показывают всю глубину идейного падения буржуазии. Вся современная буржуазная идеалистическая философия служит интересам реакционой буржуазии, она призвана для отравления сознания и угнетения трудящихся масс. Все школы и школки современной буржуазной философии теперь находятся на службе американских поджигателей войны.
Разоблачение реакционной роли современной буржуазной философии является актуальнейшей задачей передовых сил общества. Великий русский естествоиспытатель-материалист Мечников, который всю свою жизнь вел борьбу против идеалистической философии во всех ее проявлениях, служит вдохновляющим примером для борцов за демократию, против неистовствующей реакции и ее обветшалого оружия — идеалистической философии.

Мечников о религии и борьбе с ней

Как и в философском идеализме, в религии Мечников видел тормоз общественного прогресса. Великий ученый был решительным атеистом, непримиримым врагом религии, всяких суеверий и религиозных предрассудков. Мечников разоблачал несостоятельность религиозных взглядов на мир и глубокую враждебность религии науке. Он решительно выступал против религиозного учения о сотворении мира божественной силой. Природа, доказывал Мечников, никем не создана, она существует вечно. В ней ничто не возникает из ничего, а лишь происходит переход из одного состояния в другое. Единственно существующий материальный мир, утверждал ученый, характеризуется объективными законами, познание которых составляет задачу науки.
Мечников резко выступал также против религиозного учения о загробной жизни, которая, как известно, является идейной основой и главным содержанием всех религий.
Правильно считая, что религиозные представления о существовании загробной жизни вытекают из признания возможности существования сознания, независимого от материи, И. И. Мечников доказывал, что сознание не может существовать вне материи. С прекращением деятельности центральной нервной системы прекращается и сознание. Более того, простое нарушение нормальной деятельности центральной нервной системы ведет к нарушению и прекращению сознания. «Наука,— говорит Мечников,— не может допустить бессмертия сознательной души, так как сознание есть результат деятельности элементов нашего тела, не обладающих бессмертием» (1).
Мечников указывал, что религиозная идеология с ее учением о загробной жизни отвлекает людей от борьбы за лучшую жизнь на земле, обещая им счастливую жизнь после смерти. Из религиозного учения о душе и загробной жизни вытекает вывод, писал И. И. Мечников, что только душа достойна внима-
--------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека, стр. 224.
--------------------------------------
ния, тело же служит источником всяких зол. Такой взгляд приводит к аскетизму, проповедующему отречение от жизненных наслаждений.
Ученый-материалист И. И. Мечников посвятил много страниц вопросам обоснования непримиримости науки и религии и тормозящей роли религии в развитии научных знаний. Религия, объявляя причиной всевозможных болезней влияние злых духов и гнев бога, для спасения поучает молиться и приносить жертвы, мешая тем самым борьбе с болезнями и помогая распространению их. Все, кто заинтересован в развитии науки, прогрессе человечества, должны, указывал Мечников, вести непримиримую борьбу против религии, суеверий и предрасеудков. «И если справедливо, как это часто утверждают,— писал ученый-материалист,— что нельзя жить без веры, то последняя не может быть иной, как верой во всемогущество знания» (1).
Мечников разоблачал неправильное понимание религии, как системы врожденных чувств и представлений, особого инстинкта людей. Религиозность людей, по Мечникову, основана не на вымышленном идеалистами религиозном инстинкте, а является результатом воспитания. В своих работах Мечников делал попытки конкретно проследить происхождение религии. Он правильно указывал, что первичной формой религии является анимизм, то есть одухотворение явлений природы.
Анимистические представления, по Мечникову, возникли у людей вследствие неумения правильно объяснить явления природы. Первобытный человек «судил о неизвестном, — писал Мечников,— по аналогии с тем, что ему было наиболее знакомо, то есть с самим собою. Вот почему он приписывал всем окружавшим его предметам свойства и побуждения, присущие ему самому. По его мнению, не только все живые существа обладали волей и умом, но даже и неодушевленные тела способны были действовать подобно человеку» (2).
Кроме того, анимистические представления, указывал Мечников, усиливались инстинктом жизни и страхом смерти. Боязнь смерти порождала веру в загробную жизнь. Согласно взглядам первобытных людей, писал Мечников, «умирая, человек не вполне исчезает, а только превращается в новое состояние. Труп живет не так, как мы, но, тем не менее, он продолжает жить — особенным образом, хотя и сходно с нами. Такое представление отвечало потребности сохранения жизни и боязни смерти, т. е. полного исчезновения. Оно есть не что иное, как вера в бессмертие, или в будущую жизнь. Анимизм — понятие весьма распространенное по всему земному шару. Очевидно, что оно служило самым действительным утешением при созна-
---------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека, стр. 237.
2. Там же, стр. 106.
---------------------------------------
нии (неизбежности смерти вместе с величайшим желанием жить» (1).
По мере развития человеческого общества анимистические представления видоизменялись. Если на первом этапе олицетворялись сами предметы, то на более поздних этапах сверхестественные существа стали рассматриваться людьми, как обособленные от предметов и управляющие явлениями и силами природы.
Анимистические представления развились в представления о богах. Они дали «начало,— говорил Мечников,— представлению о высших существах, о божествах. Действительно, многие факты указывают на то, что первичные боги были не что иное, как умершие родичи и предки, живущие на том свете и управляющие оттуда земными делами. Злые предки превращаются в злых духов, а добрые выполняют роль благодетельных и доброжелательных богов» (2).
Свои положения относительно анимизма, его места в современных религиях Мечников иллюстрирует примерами из различных религий.
Он показывает связь всех новейших религий с анимизмом. «В настоящее время у цивилизованных,— пишет Мечников,— не приносят в жертву ни людей, ни даже животных. Но множество других обычаев, постоянно соблюдаемых во время похорон, определенно указывают на их анимистическое происхождение. Таковы: кутья, которую ставят возле покойников в России, хвойные ветви, разбрасываемые вдоль всего пути похоронного шествия, венки из бессмертников или других цветов, играющие такую роль в наших похоронах; последний обычай имеет очень древнее происхождение. Он существовал у римлян, и, по всей вероятности, символически представляет будущую жизнь в стране, полной цветов и роскошной растительности» (3).
Мечников отмечал историческую связь с анимизмом не только религии, но и идеалистической философии. Он утверждал, что идеалистическая философия пропагандирует те же анимистические представления, только в утонченной форме.
Интересны мысли Мечникова о причинах распространения религиозных взглядов в начале XX столетия, в период значительного развития культуры, когда человечество в познании природы достигло сравнительно больших успехов.
Характеризуя причины стремления к религии в современном ему обществе, Мечников указывал, что трудности общественной жизни, страдания людей толкают их в объятия религиозно-идеалистического мировоззрения, направляют их к мистицизму. В религии люди хотят найти утешение от страданий
-------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека, стр. 106.
2. Там же, стр. 115.
3. Там же, стр. 108.
--------------------------------------
своего бытия, в религии они ищут призрачного счастья. Желание людей «найти какое-нибудь утешение в страданиях нашего бытия,— пишет Мечников,— без определенной цели направляет их в объятия религий и метафизик. Вот почему в современном человечестве несомненно замечается обратное стремление к вере» (1).
Эта же потребность в утешении от страданий, замечает И. И. Мечников, нашла свое выражение в многочисленных попытках создать идеалистическое мировоззрение, способное повести к возникновению новой религии.
Приведенные высказывания Мечникова по поведу распространения религии и идеалистической философии свидетельствуют о глубине его материалистических и атеистических воззрений.
Правильна, хотя и недостаточна, попытка Мечникова рассматривать религию, в которой люди ищут утешения от тяжелой жизни, как отравляющее средство. Здесь Мечников вплотную подходит к пониманию религии как опиума для народа.
К. Маркс, как известно, указывал: «Религия — это вздох угнетенной твари, душа бессердечного мира, дух бездушного безвременья. Она — опиум народа» (2). В. И. Ленин, развивая это знаменитое положение Маркса, подчеркивал, что оно является краеугольным камнем всего мировоззрения марксизма в вопросе о религии. Ленин назвал это высказывание Маркса краеугольным камнем потому, что в нем, во-первых, Маркс показал отупляющую, отравляющую реакционную роль религии. В религии, как в опиуме, люди ищут утешения и забвения от страданий земной жизни. В религии они пытаются найти призрачное счастье. Во-вторых, в этом положении Маркс вскрывает корни религии, причины ее существования. Люди прибегают к этому опиуму, к созданию себе призрачного, иллюзорного мира именно потому, что они придавлены классовым гнетом и эксплуатацией в земной жизни. В-третьих, в этом положении Маркс указывает путь преодоления религии — уничтожение социальных условий, порождающих религию.
Мечников понимал отравляющую, реакционную роль религии, но, не будучи марксистом, не мог, однако, вскрыть классовых корней и классовой сущности религии. Он видел в основном корни религии в недостаточном развитии научных знаний, в низком культурном уровне населения.
В. И. Ленин в своих высказываниях по вопросам религии подчеркивал мысль о том, что надо уметь бороться с религией, а для этого надо материалистически объяснить источник веры и религии у масс. Классовая ограниченность
--------------------------------------
1. И. И. Мечников. Этюды о природе человека, стр. 172.
2. К. Маркс и Ф. Энгельс. Соч., т. I, стр 385.
--------------------------------------
мировоззрения Мечникова не позволила ему распространить материалистические взгляды на понимание общественных явлений, одним из которых является религия. Мечников считал возможным преодолеть религию только путем развития науки и распространения научных знаний, то есть путем просвещения. В этом заключается ограниченность его атеистических взглядов. Это характеризует просветительский характер его атеизма.
В борьбе за материалистическое мировоззрение Мечников придавал большое значение естественно-научной пропаганде, распространению знаний о явлениях природы, поднятию культурного уровня народа. Всю свою жизнь он добивался того, «чтобы люди были уверены в могуществе науки и во вредном влиянии глубоко укоренившихся предрассудков».
Мечников, не понимая того, что корни религии в классовом обществе заключаются в классовом гнете и эксплуатации, в классовой придавленности, угнетенности трудящихся масс, не смог, естественно, указать правильный путь преодоления религии.
Только марксистско-ленинский атеизм, построенный на основе диалектического материализма, смог дать правильное понимание сущности религии, ее корней и путей ее преодоления.
Марксистско-ленинский атеизм рассматривает религию как фантастическое, иллюзорное отражение в головах людей тех внешних сил, которые господствуют над ними в их повседневной жизни, отражение, в котором земные силы принимают форму сверхъестественных.
Вскрывая социальные корни религии, В. И. Ленин писал: «Бессилие эксплуатируемых классов в борьбе с эксплуататорами также неизбежно порождает веру в лучшую загробную жизнь, как бессилие дикаря в борьбе с природой порождает веру в богов, чертей, в чудеса и т. п.» (1)
Поскольку корни религии находятся в социальном гнете и эксплуатации, то для преодоления религии недостаточно просвещения, необходимо изменение общественного строя, уничтожение классового гнета, эксплуатации, создание бесклассового коммунистического общества.
Несмотря на просветительский характер атеизма Мечникова, его выступления против религии, как реакционной антинаучной идеологии, против попыток сочетать науку с религией высоко оценены и в наши дни.
Современные буржуазные ученые, прислуживая своим хозяевам — империалистической буржуазии, усиленно пытаются соединить науку с религией и подвести под религию «научные» основы. Они снабжают поповщину, фидеизм «научными» аргументами. Особенно усердствуют в этом отношении американо-
-----------------------------------------
1. В. И. Ленин. Соч., т. 10, стр. 65. Изд. 4-е.
-----------------------------------------
английские ученые. Так, например, английский астроном Эддингтон в своем учении о физических константах мира пришел к пифагорейской мистике чисел и из математических формул он вывел такие константы мира, как апокалиптическое число 666.
Физик-мракобес Е. Т. Уайттекер в своей работе «Начало и конец мира» прямо заявляет, что мир имеет начало и конец, что он создан богом. А астроном Милн даже «подсчитал», что мир создан 2 миллиарда лет тому назад.
Эддингтон, Уайттекер, Милн и им подобные прислужники империалистической реакции новейшие достижения физики и математики используют для «доказательства» существования какого-то духовного мира и бытия бога. Из новейших открытий в науке они делают идеалистические выводы, отрицают объективность материи, пространства и времени, активно пропагандируют мысль о божественном происхождении мира и его конце. Как и американо-английские мракобесы, их немецкие соратники Гайзенберг, Шредингер и другие используют квантовую физику и волновую механику для отрицания причинности и для обоснования идеалистического утверждения о свободе воли в микромире и т. п.
Идеализмом, метафизикой, схоластикой и мистицизмом проникнуто мировоззрение большинства современных буржуазных ученых США, Англии и других капиталистических стран.
Империалистическая буржуазия всячески извращает науку, в частности естествознание, в своих корыстных интересах. Она извращает и фальсифицирует закономерности природы. В лице своих ученых лакеев она отрицает возможность познания природы, отрицает объективность причинности и закономерности природы.
Все положения господствующего в биологической науке капиталистических стран реакционного вейсманизма-морганизма пронизаны идеализмом и метафизикой. Утверждения вейсманистов-морганистов о вечности и неизменности так называемого «вещества наследственности», о независимости его от тела организма и влияния внешней среды, о непознаваемости законов эволюции органического мира, их стремление соединить науку с религией — ярко характеризуют глубину идейного падения ученых лакеев империалистической буржуазии.
Основной причиной попыток буржуазных ученых примирить науку с религией, протянуть поповщину в науку, есть стремление отмирающих классов увековечить капиталистический строй, подорвать у трудящихся веру в их творческие силы, одурманить их, добиться их рабского подчинения.
Буржуазные ученые выбиваются из сил, чтобы примирить науку с религией, контрабандой протащить, как указывал А. А. Жданов, бога в естествознание.
В США, которые стали центром мировой реакции, мракобесие и мистика получили широкое распространение. В настоящее время в США насчитываются тысячи всякого рода предсказателей, астрологов, гадалок и хиромантов. В этой роли нередко выступают и «профессора». Так, например, в г. Сиетли некий профессор Эсперсон выступает с лекциями на темы: «Точные границы неба», «Описание небесных жителей», «Воспитание детей на небесах» и другие мистические темы. В Америке организованы специальные, в том числе высшие «учебные заведения», для подготовки всякого рода шарлатанов и торговцев «духовной сивухой». В Нью-Йорке, например, существует «Американский колледж астрольной науки», в Сан-Франциско — «колледж магов», в Иллинойсе — «Египетская школа астрологии и окультных наук».
В нашей стране, стране победившего социализма, уничтожены социальные корни религии. Подавляющее большинство трудящихся СССР является сознательными и активными строителями бесклассового коммунистического общества, свободными от религиозных воззрений.
Но унаследованные от старого мира идеи и взгляды продолжают еще держаться у некоторой части трудящихся нашей страны.
Преодоление пережитков капитализма в сознании людей, в том числе религиозных воззрений, является важнейшей задачей коммунистического воспитания трудящихся нашей страны, одним из условий перехода от социализма к коммунизму, ибо эти пережитки служат тормозом для успешного продвижения вперед. Составной частью коммунистического воспитания является пропаганда материалистического мировоззрения, пропаганда естественно-научных знаний, дальнейший подъем культурного уровня народа.
Решающая роль в коммунистическом воспитании трудящихся принадлежит партии Ленина — Сталина, являющейся организующей и направляющей силой советского общества. Ее мировоззрение является идеологической основой коммунистического воспитания трудящихся, формирования их коммунистической сознательности и научного мировоззрения. «Мы ведём пропаганду,— говорил товарищ Сталин,— и будем вести пропаганду против религиозных предрассудков... Партия не может быть нейтральна в отношении религии, и она ведет антирелигиозную пропаганду против всех и всяких религиозных предрассудков, потому что она стоит за науку, а религиозные предрассудки идут против науки, ибо всякая религия есть нечто противоположное науке».
Борясь за преодоление религиозных пережитков и утверждение диалектико-материалистического воззрения на мир, советский народ глубоко чтит память Ильи Ильича Мечникова не только как великого ученого, но и как передового мыслителя, борца за научное, материалистическое мировоззрение.





Добавлена книга известного в прошлом географа Ю. Г. Саушкина «Москва», под редакцией члена-корреспондента АН СССР Н. Н. Баранского, изданная в 1955 г.


Добавлена книга М. Д. Каммари, Г. Е. Глезермана и др. авторов «Роль народных масс и личности в истории», изданная Гос. изд-м политической литературы в 1957 г.


Добавлена книга «На заре книгопечатания» В. С. Люблинского, изданная "Учпедгизом" в 1959 г. и повествующая о первых книгопечатниках.


Добавлена книга «Я. М. Свердлов. Избранные статьи и речи», изданная в 1939 г. и содержащая речи и статьи известного политического и государственного деятеля.


Добавлена книга «Таежные походы. Сборник эпизодов из истории гражданской войны на Дальнем Востоке», под редакцией М. Горького и др., изданная в 1935 г.


Добавлена брошюра М. Моршанской «Иустин Жук», напечатанная издательством "Прибой" в 1927 г. и рассказывающая о деятельности революционера.


Добавлена книга М. А. Новоселова «Иван Васильевич Бабушкин» о жизни Бабушкина, напечатанная издательством "Молодая Гвардия" в 1954 г.