Учебное пособие, написанное академиком Я. К. Гротом, «Русское правописание», изданное в 1894 г.


Книга Г. Роледера «Онанизм», вышедшая из печати в 1927 г. и рассказывающая о лечении пагубной привычки.


Развлекательная и познавательная книга Г. Вагнера и К. Фрейера «Детские игры и развлечения», изданная в 1902 г.


Книга Н. Тяпугина «Народные заблуждения и научная правда об алкоголе», вышедшая из печати в 1926 г.

Авиация и космос


Герман Титов "Авиация и космос"
Военное издательство министерства обороны СССР, Москва, 1963 г.
OCR Biografia.Ru

НА СЪЕЗДЕ РОДНОЙ ПАРТИИ

Утро семнадцатого октября 1961 года. Кремль. Сотни людей подходят к новому, сверкающему сталью и стеклом Дворцу съездов. Волнуясь, вхожу в зал. Взор сразу останавливается на огромном знамени, раскинувшемся во всю стену за трибуной, за столом президиума. Боевое ленинское знамя!
Под ленинским знаменем коммунисты вели народ на штурм старого мира в октябре 1917 года. Под ним партия и народ одержали всемирно-историческую победу — построили социализм. С этим знаменем в руках советские воины отстояли честь, свободу и независимость своей Родины в борьбе против гитлеровских захватчиков. Ныне победоносное знамя великого Ленина осеняет партию, народ в борьбе за построение коммунистического общества.
Ленин!
Имя великого вождя было на устах почти каждого, кто входил в зал. Я слышал, как прошептал его седовласый человек в круглых роговых очках, как громко произнесла его женщина в ярко расшитой веселыми маками и васильками кофте, как твердо, будто команду, произнес это дорогое имя пожилой генерал, и глаза его потеплели.
Бессмертные идеи Ленина живут, здравствуют, воплощаются в величественные дела. Они, точно путеводная звезда, светят нашей партии, родному народу. С именем Ленина начинается XXII съезд КПСС. Оживленно переговариваясь, делегаты занимают свои места в зале заседаний. Молодые и старые, мужчины и женщины, люди самых различных профессий, характеров, национальностей. Люди разные и вместе с тем единые по своему духу: их роднит великая партия, ее идеалы.
Многих, очень многих узнаю в этом зале. Здесь знатные люди заводов и шахт, новаторы промышленности и деятели науки, передовики сельского хозяйства. Ну как не узнать, например, прославленного мастера кукурузных полей Евгению Долинюк! Ее обступили со всех сторон, забрасывают вопросами. Или вон тот мужчина в темном костюме, со звездочкой Героя Социалистического Труда на груди. У него веселый взгляд, умное лицо. Это знатный шахтер Николай Мамай. Недалеко от него пожилой узбек, крепкий и сильный, как легендарный витязь, с тремя Золотыми Звездами на груди — Хамракул Турсункулов. Человека замечательной души Валентину Гаганову узнаешь сразу по ее светлой улыбке, простому, открытому, чисто русскому лицу. Облокотившись на спинку кресла и погрузившись в думы, сидит Дмитрий Шостакович. О чем он задумался? Может, сейчас, в считанные минуты, оставшиеся до открытия съезда, он проверяет себя, насколько удалась его Двенадцатая симфония?
Еще и еще вглядываюсь в лица известных всей стране дорогих моих соотечественников, коммунистов. Узнаю академика М. Келдыша, писателя М. Шолохова, трижды Героя Советского Союза генерала А. Покрышкина... В одном из рядов сидят люди, знакомые мне по космодрому Байконур, по цехам заводов, где создавался космический корабль, по лабораториям и научным центрам, где готовился полет в космос. Привет вам, дорогие друзья! Мы киваем друг другу, обмениваемся улыбками.
В зале многочисленные делегации зарубежных коммунистических и рабочих партий. Вижу группу румынских товарищей, и среди них Георге Георгиу-Деж. Сразу вспоминаются незабываемые дни, проведенные в Румынии... , Это было в самый канун XXII съезда КПСС, 14—16 октября 1961 года.
После короткого отпуска, который вместе с Юрием Гагариным мы провели в Крыму, я по приглашению правительства Румынской Народной Республики на три дня вылетел в Румынию.
В то время там проводился месячник румыно-советской дружбы. Все мы, советские люди, побывавшие тогда в Румынии, были свидетелями выражения чувства глубокой дружбы и братской любви румынского народа к советскому народу — строителю коммунизма, к славной Коммунистической партии Советского Союза. Конечно, три дня — срок совсем небольшой, но мы успели побывать не только в столице республики — замечательном городе Бухаресте, но и в городах Плоешти и Брашове.
Румынские нефтяники по-братски встретили советских людей. На нефтеперерабатывающем заводе состоялся многолюдный митинг. Нефтяники сердечно говорили о помощи Советской страны в строительстве народной Румынии. Румынские товарищи вспоминали недалекое прошлое. Они благодарили наш народ, воинов героической Советской Армии за освобождение страны от фашизма.
В Брашове, крупнейшем машиностроительном центре Румынии, мы встретились с рабочими и инженерами — создателями румынских тракторов, автомобилей, станков и точных приборов.
В каждом городе, населенном пункте, на всех дорогах народной Румынии десятки тысяч восторженных голосов скандировали: «Дружба!», «Дружба!», «Дружба!» Каждую минуту мы чувствовали, что румынские трудящиеся и их руководители — искренние друзья советского народа. В Бухаресте, во Дворце Республики, нашу группу встретил первый секретарь ЦК Румынской рабочей партии председатель Государственного Совета товарищ Георге Георгиу-Деж, председатель Совета Министров Ион Георге Маурер и другие руководители Румынской Народной Республики.
Георгиу-Деж вручил мне высшую награду Румынии — орден «Звезда Румынской Народной Республики» первой степени. Поблагодарив за высокую честь, я сказал, что эта награда является символом признания великих заслуг советского народа и Коммунистической партии, что она относится в первую очередь к советским конструкторам, ученым, рабочим, создавшим чудесные космические корабли.
16 октября, во второй половине дня, мы вылетели в родную Москву. Быстрокрылый воздушный лайнер Ил-18 взял курс на восток.
Внизу, под крылом самолета, проплывали редкие облака. Они не закрывали земли. С многокилометровой высоты хорошо были видны в багряном уборе осени массивы лесов, бескрайние поля свежевспаханной земли, щедро отдавшей хозяевам свой урожай, кварталы поселков и городов, длинные белесые дымы заводских труб, тоненькие ниточки железных дорог, голубые ленты рек.
Снуют по водной глади пароходы, во все концы страны мчатся по стальным магистралям поезда, к элеваторам движутся колонны машин, отвозя в закрома государства сверхплановые тонны зерна. Это — наша жизнь. Страна, встречая съезд, продолжает свое стремительное движение вперед. Даже на миг она не остановилась, чтобы со стороны взглянуть на себя в изумлении. И это очень хорошо. Ведь время работает на нас, на наш народ, на коммунизм.
Внуковский аэродром. Здравствуй, родная Москва!.. Машина мчится по магистралям столицы, и мы любуемся по-праздничному нарядной Москвой.
Алые знамена реют над кварталами, словно гордые, могучие крылья, и как бы стремятся взлететь ввысь, в небо, вестниками всенародного торжества.
Поздний вечер. Я снова среди своих близких, среди друзей-космонавтов. Они расспрашивают о поездке, о впечатлениях, о том, что наиболее запомнилось. Потом разговор о завтрашнем дне, о съезде.
— Герман, ты должен... — вдруг горячо заговорил до сих пор молчавший Космонавт-Три, ныне известный всему миру летчик-космонавт СССР Герой Советского Союза Андриян Григорьевич Николаев, и густые брови его высоко поднялись вверх.
— Братцы, не знаю, как быть, — сразу догадавшись, о чем идет речь, высказываю свои сомнения.
— Нет, Герман, обязательно, — заговорили разом все, — это наш наказ.
Мы взволнованно и горячо обсуждали то, что у каждого из нас было на сердце. Собственно, речи о том, выступать мне на съезде или не выступать, уже не было. Все сошлись на том, что записаться для выступления мне надо обязательно. Теперь шел разговор о том, что мне сказать, о чем поведать партии, съезду. Каждый советует, высказывая свое, наиболее важное и нужное.
Дорогие мои, славные товарищи по новой, невиданной в мире профессии! Право, до чего же ваши думы и заветные мечты сходны с моими! Да иначе и быть не может, ведь мы сыны одной матери — Родины и носим одно гордое имя — советские люди.
— Хорошо, друзья, запишусь, — подвожу итог нашего разговора. — И постараюсь от себя и от вас заверить съезд о нашей готовности к новым полетам в космос. По любым маршрутам. К любым планетам.
— Вот это по-нашему, — вновь заговорил Космонавт-Три и одобрительно хлопнул меня по плечу.
Доброе, теплое напутствие дали мне друзья-космонавты в тот вечер, в канун открытия съезда. Все это мгновенно пронеслось в моей памяти, когда я встретился с румынскими товарищами.
...Раздался звонок. Занимаем места, и зал затихает. Съезд приступает к работе. На трибуне Первый секретарь ЦК КПСС Н. С. Хрущев. Тысячи людей в едином порыве встают и приветствуют Никиту Сергеевича.
Начинается отчетный доклад ЦК КПСС. Мы слушаем горячую, взволнованную речь Никиты Сергеевича Хрущева. Шесть тысяч мест в зале Кремлевского Дворца съездов. Но трибуна партийного форума имеет многомиллионную, миллиардную аудиторию. Весь мир слушает Москву, ловит ее голос в эфире, весь мир будет читать то, о чем сейчас говорит Первый секретарь ЦК КПСС.
Никита Сергеевич сообщает о составе съезда, о делегатах, затем ведет речь о гостях. На съезде присутствуют 80 делегаций коммунистических партий зарубежных стран. Невольно вспоминается крылатая фраза Карла Маркса, с которой начинается Коммунистический Манифест: «Призрак бродит по Европе — призрак коммунизма». Тогда, более века назад, в Европе это был только призрак. Ныне коммунистические и рабочие партии имеются в 87 странах мира и объединяют в своих рядах около 40 миллионов человек. Идеи коммунизма победно шествуют по нашей планете, завоевывая сердца трудящихся всех стран и континентов.
Вслушиваясь в доклад Никиты Сергеевича Хрущева, стараюсь не пропустить ни слова. Каждый из нас, делегат съезда, вдумывается в глубокий смысл великих свершений партии и народа. А эти свершения действительно огромны.
Ведь после XX съезда КПСС прошло всего лишь шесть лет, совсем небольшой срок. Но какие поистине исторические изменения произошли за это время в нашей стране, как далеко мы ушли вперед! «Советская Родина, — говорит Н. С. Хрущев, — вступила в период развернутого строительства коммунизма по всему широкому фронту великих работ. Экономика и культура Советского Союза находятся на крутом подъеме... Творческие силы народных масс по всей стране бьют тысячами живых родников. Как бы венцом замечательных побед, высоко поднятым флагом строящегося коммунизма являются первые в истории человечества триумфальные полеты советских людей в космос».
Венец свершений — полеты в космос. Наверное, мои друзья — космонавты сейчас сидят возле приемников и слушают доклад. Я мысленно с ними и горжусь тем, что партия так высоко оценила наши рейсы в космос. Мы уже привыкли к цифрам нашего роста, подъема экономики, считаем это обычным явлением. Однако цифры, приведенные в докладе, поразили наше воображение.
Доклад — это гимн труду советского народа, и, право, жаль, что объявляется перерыв.
Кулуары съезда... Сколько интересных встреч, дружеских бесед! На съезде немало делегатов, чей партийный стаж начался еще в прошлом столетии. Это люди, прошедшие суровую школу борьбы, работавшие рука об руку с Владимиром Ильичем.
Убеленная сединами, покорившая сразу доброй улыбкой, осветившей каждую морщинку лица, Елена Дмитриевна Стасова спросила меня, каково было мое самочувствие в космическом полете.
— Отличное, Елена Дмитриевна.
Она пристально, сквозь очки, посмотрела на меня и снова задала вопрос:
— А не страшно было?
— Конечно нет, — поспешил ее заверить и тут же пояснил, что у меня была полная уверенность в надежности корабля, аппаратуры, оборудования, а главное, в наших людях, создавших корабль и проводивших его в далекий рейс.
Потом и я задал свой вопрос. Ведь Елена Дмитриевна Стасова — профессиональный революционер-подпольщик. В царской России ее преследовала охранка, ее арестовывали жандармы, она сидела в тюрьме, была в Енисейской ссылке, в 1917 году участвовала в подготовке вооруженного восстания. Вспомнив о перенесенных ею опасностях, я спросил:
— А вам, Елена Дмитриевна, не страшно было?
— Это когда?
— В подполье. На нелегальном положении. В тюрьмах. И опять чудесная улыбка осветила ее лицо.
— Нет, не страшно... Вот какие мы с вами храбрецы. Ничего не боимся, — смеясь, добавила она, а потом, сразу став серьезной, закончила мысль: — Я тоже верила. В партию, в народ. В непобедимость дела Ленина. Когда убежден в правоте, когда веришь, ничто не страшно — ни на земле, ни там... — она показала вверх, имея в виду безбрежный космический океан.
— Разрешите вас сфотографировать?
Мы обернулись. Фотокорреспондент повторил свою просьбу.
Елена Дмитриевна спросила:
— А это нужно?
— Да, нужно.
— Раз нужно, то пожалуйста, пусть будет по-вашему. Но что же получится: стар и млад. Впрочем, вы правы. Как бы обрадовался наш Ильич, если бы он увидел фотографию двух коммунистов: бывшего секретаря Петербургского комитета и космонавта. Символичный снимок.
...Идет второй день работы съезда. Торжественная и вместе с тем строгая, деловая обстановка. На трибуне Никита Сергеевич Хрущев.
С большим вниманием слушаем доклад о Программе КПСС. Программа захватывает своим величием, грандиозностью задач. В ней все обоснованно, реально. Партия ведет наш народ к коммунизму. Всем сердцем принимаем намеченное. Дух захватывает от слов: «Нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме!»
Я люблю стихи Владимира Маяковского. Это он говорил, что советским людям свойственно «планов громадье». Программа — подлинно творческое воплощение марксистско-ленинских идей, это марксизм-ленинизм в действии. «В историю человечества, — сказал Н. С. Хрущев,— коммунисты вошли как самая великая созидательная сила, преобразующая и обновляющая мир... Если суммировать главные итоги мирового развития, то можно сказать: история движется так, как предсказали Маркс и Ленин».
Наш народ умеет трудиться. Ему по плечу эти планы. Труд, сознательный, творческий, радостный труд миллионов тружеников страны строящегося коммунизма,— вот что обеспечит нашу победу.
Еще один представитель ленинской гвардии коммунистов, с которым мне посчастливилось познакомиться на съезде, Федор Николаевич Петров, член партии с 1896 года, организатор ряда большевистских ячеек, делится со мной своими впечатлениями о только что прослушанном докладе.
Федор Николаевич рассказывает о том, как он был сослан на вечное поселение в Иркутскую губернию, как партизанил против банд Колчака, как боролся за становление Советской власти в Сибири.
— Сибирские края мне знакомы, — говорит он. — Замечательные места, прекрасный народ.
— Спасибо за похвалу в адрес земляков.
— Только давно я там не был. Вторая программа, наверное, изменила облик многих глухих мест.
— У нас в Сибири многое заново построено. Взять хотя бы Алтай.
— А каково будет, когда вот и эта Программа станет явью... — Федор Николаевич указывает на небольшую книжицу, которую он держит в руке. — Ей уже дал название весь народ, вся партия — «Коммунистический Манифест XX века».
Федор Николаевич говорит не спеша, обдумывая каждое слово.
— Что бы вам такое подарить, Герман Степанович? — спросил он. Подумал, достал ручку и на обложке брошюры сделал надпись.
— Вам при коммунизме жить, — добавил Федор Николаевич, — а путь в коммунизм тут указан точный. Зеленый семафор, как говорят машинисты.
Сердечно поблагодарив старейшего коммуниста за дорогой подарок, я преподнес ему книжку о своем полете — «700000 километров в космосе».
Раздается звонок, и мы вновь входим в зал заседаний.
Шли часы, дни напряженной работы. На съезде выступило много делегатов. Какое исключительное единодушие и монолитность!
Знатный ученый и заслуженный учитель, горняк и сталевар, колхозник и партийный работник, инженер и представитель Вооруженных Сил — все делегаты горячо одобряли практическую деятельность партии, ее Центрального Комитета за отчетный период, намеченные планы создания коммунистического общества. Каждый высказывал свои чувства любви и преданности ленинскому Центральному Комитету. И это были слова, идущие из глубины сердца, из самых сокровенных тайников души.
Съезд уделил большое внимание той борьбе, которую провела наша партия и ее ленинский Центральный Комитет во главе с Никитой Сергеевичем Хрущевым с последствиями культа личности и с антипартийной группой Молотова, Кагановича, Маленкова и других, пытавшейся столкнуть партию и страну с ленинского пути.
Партия, ее Центральный Комитет решительно смели с пути эту фракционную антипартийную группу. Ее разгром и ликвидация вредных последствий культа личности были горячо одобрены делегатами съезда.
На трибуне — Министр обороны Маршал Советского Союза Р. Я. Малиновский. Он докладывает съезду о состоянии наших Вооруженных Сил, дает глубокий анализ характера современной войны, который лежит в основе советской военной доктрины.
Министр обороны отметил, что последние годы были подлинно переломным этапом в развитии нашей Армии, Авиации и Флота. Вооруженные Силы были перевооружены новой боевой техникой, в войска широко внедрены различные виды ракетно-ядерного оружия.
По инициативе Никиты Сергеевича Хрущева, по решению Центрального Комитета партии и Советского правительства создан новый вид Вооруженных Сил — Ракетные войска стратегического назначения. Это войска постоянной боевой готовности.
Я, как летчик-истребитель, особенно рад за нашу советскую авиацию. В ней произошел поистине коренной переворот. Возросли скорости и высоты полета. Основой мощи современных Военно-воздушных сил стала ракетоносная авиация.
Все это во много раз увеличило боевые возможности нашей авиации. Пусть подумают об этом любители военных авантюр. Вопросам укрепления обороны страны, на съезде было уделено большое внимание.
Многое ли можно сделать за полтора — два часа, именуемых обеденным перерывом? Оказывается, многое. Вот как прошел один из таких перерывов.
Обедал на этот раз, как говорят мои друзья, в темпе. Надо было сэкономить время: отец просил приехать раньше, чтобы увидеться с очень интересным человеком. Кто бы это мог быть?
Торопливо вхожу в комнату, где мы условились встретиться. Отец знакомит меня с пожилым сухощавым человеком. Его открытое лицо, очень высокий лоб, довольно густые и, несмотря на старость, без заметной седины волосы, внимательные глаза, спрятанные за круглыми учительскими очками, произвели приятное впечатление.
— Знакомься, Герман, — радостно улыбаясь, говорит отец, и по тону его угадываю, что эта минута для него — настоящий праздник. — Это наш коммунарский учитель Андриан Митрофанович Топоров. Мы здороваемся, крепко жмем руки. Минуту, другую приглядываемся друг к другу.
Так вот каков этот человек, о котором так много рассказов ходит в моем родном селе Полковниково на Алтае, где я родился и где прошло мое детство. Топоров!..
В начале двадцатых годов он многое сделал в наших алтайских краях. Тогда наши деды наперекор вековым устоям создали коммуну, назвав ее «Майское утро». Хорошее, поэтичное название. Коммунары боролись с нуждой, разрухой и голодом, боролись за хлеб для себя и для государства. В селе в это время развертывалась настоящая культурная революция. Душой ее, подлинным просветителем крестьян был учитель Топоров. Днем он учил детей, а долгими зимними вечерами читал крестьянам книги классиков. Андриан Митрофанович — человек действия, Он организовал самодеятельный театр, хор, оркестр. Ученик Топорова, мой отец, также стал народным учителем и больше тридцати лет воспитывал молодежь родного села.
А. М. Топоров уехал из Сибири, когда меня еще не было на свете. Тридцать лет не встречался он с моим отцом. Но все эти годы отец переписывался со своим учителем, советовался по школьным делам, делился впечатлениями о новых книгах, музыкальных произведениях. А я, очень много наслышавшись о Топорове, еще с детских лет мечтал повидать этого замечательного человека, который учил моих обоих дедов, отца и мать.
Незадолго перед полетом Юрия Гагарина в космос меня приняли кандидатом в члены партии. Этой радостью я поспешил поделиться с отцом. В письме сообщил также, что мне довелось познакомиться с уникальной книгой. Автор ее — А. М. Топоров. Называется она «Крестьяне о писателях». В книге собраны высказывания крестьян, в том числе и моих дедов, о прочитанных книгах. Своеобразные, но какие меткие, интересные суждения! Умели коммунары ценить душевное слово, умели чувствовать и понимать прочитанное, принимать его или отвергать. Прочитал эту книгу — будто побеседовал по душам с людьми двадцатых годов.
Отец не замедлил с ответом. Он писал:
«...Поздравляем тебя, Герман, со вступлением в партию! Считаю это событие в твоей жизни очень важным и потому хочу наряду с поздравлениями от нас с матерью высказать тебе некоторые мысли по этому поводу. У Ленина есть слова, что «коммунистом стать можно лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех тех богатств, которые выработало человечество». Хочется, чтобы эти слова были для тебя звездой путеводной в твоей жизни, чтобы они напоминали всегда о трудности избранного тобою пути, чтобы вселяли в тебя веру в достижение целей, какие будут перед тобою поставлены.
Человек славится не только богатством знаний в той области, которой он посвятил жизнь, но и своей общей культурой. Можно быть узким специалистом, без широкого развития, без знания литературы, искусства, без умения в них разобраться, сказать свое мнение, понять мнение другого. Такой человек превращается в делягу, скучного собеседника, сухаря. А сухарь годен к употреблению, когда его размочишь. Вот хорошее общее развитие и есть та живительная влага, окунувшись в которую человек становится человеком. Ты, сын, пишешь, что недавно прочитал книгу о своих дедах, книгу бывшего моего учителя Андриана Митрофановича, и что хотел бы с ним встретиться. Понимаю тебя...»
И вот эта встреча состоялась.
— Очень рад познакомиться, — говорю старому учителю, от всего сердца радуясь встрече с ним.
— А я, на старости лет, рад вдвойне, — отвечает Андриан Митрофанович, — ведь луч вашей космической славы осветил все труды крестьян «Майского утра».
Нет, с этим я согласиться никак не мог и решительно возразил:
— Это еще надо разобраться, чей луч на кого упал. Сдается мне, что засветился он в «Майском утре».
— Скромничаете? — с лукавинкой спросил Андриан Митрофанович.
— Это вы скромничаете. И вы, и отец.
— Ну ладно, — примирительно заговорил Андриан Митрофанович, — не будем препираться по этому поводу. Расскажите, как съезд? Что нового?
Я, как мог, рассказал о съезде, о замечательных людях, с которыми посчастливилось познакомиться, о большом впечатлении от докладов Никиты Сергеевича Хрущева. Наша беседа — живой непринужденный разговор,— казалось, могла бы продолжаться до бесконечности, но, взглянув на часы, я понял, что обеденный перерыв на исходе. Мы тепло, очень тепло попрощались. Уезжал на съезд в радостном, приподнятом настроении. На трибуне — гости съезда, представители зарубежных коммунистических и рабочих партий. Они говорят на незнакомых мне языках. Но слова «социализм», «коммунизм» на всех языках звучат почти одинаково, и это очень символично.
Многие из зарубежных гостей в своих странах работают и живут в условиях жестоких репрессий. Ведь не секрет, что в ряде капиталистических стран коммунистические партии объявлены вне закона, но они существуют, работают, борются. Несмотря на трудности классовых битв, жертвы и тяжелые испытания, коммунисты уверены в себе, в непобедимости светлых идей марксизма-ленинизма.
На всю жизнь запомнил выступление на съезде товарища Элизабет Флинн, председателя Национального комитета Компартии США. Эта мужественная женщина, идущая в первых рядах борцов за счастье американского народа, с трибуны съезда заявила:
— К 1980 году Советский Союз станет страной коммунизма. Мы твердо верим, что по воле американского народа к 1980 году Америка станет социалистической страной.
Вот что такое идеи коммунизма, их великая притягательная сила. Вот что такое мужество коммуниста-бойца. Я представил себе, как вернется эта женщина-коммунист в США, где царит произвол ищеек из Федерального бюро расследований, где принадлежность к компартии грозит тюрьмой. Она знает, что ждет ее. И все же она смело, на весь мир заявила: «Америка станет социалистической». Как не преклоняться перед мужеством таких людей!
...Один за другим выступают делегаты и гости съезда. В их речах — гордость за свершенное, уверенность в реальности намеченных планов.
Но вот председательствующий объявляет:
— Слово предоставляется товарищу Титову Герману Степановичу.
Поднимаюсь с места, иду к трибуне. Чувствую тысячи взоров, устремленных на меня. Волнуюсь, как, может быть, редко волновался раньше.
— Дорогие товарищи!— говорю эти слова и, вглядываясь в лица сидящих в зале, встречаю в их глазах теплое, товарищеское участие. Так дружная семья смотрит на своего сына — с лаской, поддержкой, вниманием. Волнение сразу как рукой сняло. Зал с интересом слушает.
— ...Я не ошибусь, если назову себя самым молодым коммунистом среди присутствующих здесь делегатов съезда. Ведь в моем партийном билете проставлена дата, вдвойне мне памятная и вдвойне дорогая, — 7 августа 1961 года. В этот день, как вам известно, космический корабль «Восток-2» завершил свой семнадцатый оборот вокруг нашей планеты и, послушно выполняя волю советских людей, опустился в заданном районе приземления. В этот день — 7 августа — мне выпала честь рапортовать партии, ее Центральному Комитету и лично Никите Сергеевичу Хрущеву о выполнении заданий на космическом корабле «Восток-2».
Рассказал, как доложил о выполнении задания и как услышал от Никиты Сергеевича Хрущева весть о том, что я досрочно принят в члены Коммунистической партии.
Не знаю, как мне это удалось, но так хотелось поделиться с делегатами переполнявшими меня мыслями и чувствами, вызванными теми великими свершениями, какими встретил советский народ съезд родной партии. Хотелось туг же подробно рассказать о том упорном труде, который вкладывают мои друзья — космонавты в подготовку к очередным полетам, но решил, что много об этом говорить не стоит — в недалеком будущем советские люди оценят их труд по результатам новых космических рейсов.
— На одной из пресс-конференций, — продолжал я свою речь, — мне был задан такой вопрос: Что бы вы посоветовали американским космонавтам? Я ответил: Ну что советовать? Вообще советовать-то вроде нечего, потому что у нас полеты совершенно разные: мы летаем по орбите вокруг Земли, а они подпрыгивают по баллистическим кривым, работа-то разная совершенно. Мы бы хотели пожелать им выбраться на орбитальные полеты. Ну, а если они хотят выбраться на орбитальные полеты, пусть строят надежную стартовую площадку, пусть строят социализм.
Мы по праву гордимся тем, что космические корабли стартуют с советских космодромов. 220 миллионов советских людей — вот та сила, которая поднимает их к звездам...
Горячо аплодировали делегаты съезда и гости. Это понятно: ведь я говорил о великих успехах нашего народа, нашей партии, о свершениях страны, строящей коммунизм.
Работа съезда шла не только в зале заседаний, но и за пределами его. В свободное от заседаний время делегаты беседовали, делились мнениями.
Мне довелось побеседовать с трижды Героем Советского Союза генералом И. Н. Кожедубом, с замечательным украинским поэтом Павло Тычиной, с Валентиной Гагановой и Евгенией Долинюк, партийными и советскими работниками различных областей, с новаторами промышленности и сельского хозяйства. Несколько заседаний я сидел рядом со своими земляками — делегатами с Алтая. Они рассказали о тех изменениях, которые произошли на Алтае за последние годы, пригласили в гости. Ох, как хотел бы побывать в родных местах! Побываю непременно.
Вальтер Ульбрихт подарил мне фотоальбом со снимками, сделанными в дни моей поездки в ГДР. Запомнилась сердечная встреча с главой делегации Партии трудящихся Вьетнама Хо Ши Мином. Люди, встречи, сокровенные думы, мечты. И небывалый подъем, чувство гордости, уверенности в будущем.
Беседую с одним из журналистов-международников. Так, кажется, называют тех, кто специализируется по вопросам международной жизни. Отвечаю на вопросы, потом сам начинаю спрашивать:
— Как реагирует мир на то, что происходит в эти дни в Москве?
На этот вопрос мой собеседник отвечает не сразу.
— Мой ответ должен составить по меньшей мере двухчасовой доклад.
— А если попытаться ответить до очередного звонка?
— Съезд — это событие номер один, — начал журналист.— «Грандиозно!», «Изумительно!», «Фантастично!» — эти заголовки пестрят почти во всех газетах и журналах всех стран. О новой Программе партии с радостью и гордостью говорят советские люди, народы в странах социалистического лагеря. Друзья нам аплодируют. Новую Программу перепечатывают сотни газет. Ее изучают миллионы друзей.
— А недруги?— вновь задаю вопрос.
— Хотели бы молчать о съезде, да нельзя. Правды сейчас не скроешь. Надо что-то говорить, вот и начинают выкручиваться. Буржуазная печать США, Англии, например, пока ни слова не говорит о Программе. Зато не жалеет места для раздувания так называемой проблемы антипартийной группировки. Как будто съезд только этим и занимается. Прием желтой прессы, — заключает мой собеседник. Поздними вечерами читаю газеты, обдумываю события последних дней, и самое главное из них — XXII съезд. Да, это событие оказало огромное влияние на политический климат всего мира. Коммунизм — вот что поставила задачей дня партия.
Последние минуты работы съезда. Делегаты с огромным вниманием выслушали заключительную речь Никиты Сергеевича Хрущева, утвердили резолюцию по отчетному докладу ЦК КПСС, Программу, избрали руководящие органы партии.
Тысячи людей, посланцев партии, вместе с гостями из-за рубежа встают и дружно запевают гимн, который роднит все человечество:
— Это есть наш последний
И решительный бой,
С Интернационалом
Воспрянет род людской!

Потом мы выходим на залитую вечерним светом Красную площадь, проходим мимо Мавзолея Владимира Ильича Ленина, а в ушах звучит бодрое и призывное напутствие Никиты Сергеевича Хрущева:
— За работу, товарищи!

продолжение книги ...






Добавлена книга известного в прошлом географа Ю. Г. Саушкина «Москва», под редакцией члена-корреспондента АН СССР Н. Н. Баранского, изданная в 1955 г.


Добавлена книга М. Д. Каммари, Г. Е. Глезермана и др. авторов «Роль народных масс и личности в истории», изданная Гос. изд-м политической литературы в 1957 г.


Добавлена книга «На заре книгопечатания» В. С. Люблинского, изданная "Учпедгизом" в 1959 г. и повествующая о первых книгопечатниках.


Добавлена книга «Я. М. Свердлов. Избранные статьи и речи», изданная в 1939 г. и содержащая речи и статьи известного политического и государственного деятеля.


Добавлена книга «Таежные походы. Сборник эпизодов из истории гражданской войны на Дальнем Востоке», под редакцией М. Горького и др., изданная в 1935 г.


Добавлена брошюра М. Моршанской «Иустин Жук», напечатанная издательством "Прибой" в 1927 г. и рассказывающая о деятельности революционера.


Добавлена книга М. А. Новоселова «Иван Васильевич Бабушкин» о жизни Бабушкина, напечатанная издательством "Молодая Гвардия" в 1954 г.